– Я учил химию в школе. Причем знал ее отлично.
– Даже не сомневаюсь. Ты был зубрилой?
– Вроде того. Так вот, когда я увидел, как дядя Ваня колдует в своем сарае, то сразу понял, что к чему. Не трудная технология. Главное, терпение и аккуратность.
– Сможешь, повторить?
– Я не думал об этом. Наверное, догадаюсь, с чего начать и как дальше действовать.
– У Петьки Помадина новейший аппарат. Он покупал его несколько лет назад где-то за границей. Заказывал по интернету, а потом ждал почти четыре месяца. Такого спиртозавода в округе ни у кого нет.
– Почему он его не забрал?
– Не пошел у него бизнес. Самогон и правда – дрянь. Сейчас он занялся другим делом, а аппарат остался у Аллы.
– Надо посмотреть, – просто так сказал я.
Феликс мгновенно загорелся.
– Пойдем! Откроем сарай и глянем, что от него осталось.
– Сейчас?
– А когда? У нас весь день свободный. Алка все равно не пустит нас в дом до шести часов. Че, протирать штаны на лавке, когда можно заняться делом.
Дело пошло. Не сразу, только пару месяцев спустя. Мы перепортили уйму продуктов, пока не получили то, что надо. У дяди Вани самогон был чистый, без запаха и цвета, и у нас с Феликсом получился элитный напиток.
Алла полностью отдала мне бразды правления своим «сокровищем». Выделила из моих денег определенную сумму на сырье и даже помогла с закупкой разных мелочей, которые, по ее мнению, просто необходимы для раскрутки «бизнеса». Заказала у знакомого бондаря деревянные бочки, а я заменил в сарае все старые стеллажи на новые, металлические.
Ближе к лету у меня появилась своя «клиентура»: Феликс, Алла и вся семья бабушки Серафимы. Они первые сняли пробу. Потом подтянулся сам Петр Помадин, основоположник волшебного сарая. Как-то пришел вечером к нам в дом с трехлитровой банкой. «Я слышал, ты наладила аппарат?» – спросил он у Аллы. Она его грубо отшила, послала к едреной Фене. Тогда он подошел ко мне, но уже на следующий день, когда Алла уехала на работу.
– Дай, попробовать. Если хорошая, то возьму у тебя несколько литров.
Я тоже хотел его послать, но вовремя вспомнил, что у него много родственников работают в полиции. А мне сейчас не нужны проблемы с законом.
– Не бойся, – по-доброму сказал Помадин. – Я тебя не сдам. Ты же не на продажу гонишь. Для себя.
– Я его не пью. Это хобби, – ответил я. – Если хотите, можете попробовать. Но продавать не буду.
– Наливай.
Ему хватило стакана. Крепкий мужик. Выпил и не поморщился, занюхал рукавом и сказал:
– Беру.
Через день к дому подъехал милицейский УАЗик. Двое мужичков в форме вывалились на улицу. Я вышел на крыльцо.
– Петр сказал, вы продаете самогон. – Обратился ко мне старший по званию. – Мне бы пару литров. Будет?
У меня душа ушла в пятки.
– Я ничего не продаю.
– Мы заплатим наличкой. Не волнуйся.
Второй мужик полез в карман за деньгами.
– Люди, у меня ничего нет. Я не торгаш.
Он оглядели меня с головы до ног. Петр предупредил их, что будет молодой парень. Но они не ожидали увидеть ребенка.
– Где твой батя, пацан?
– У меня только мама. Алла.
– Алевтина твоя мать?
– Ага.
– Так ты гонишь самогон или Феликс?
– Феликс, – быстро ответил я. – Только он сейчас на работе.
– Передай ему, что мы приедем вечером. Пусть нальет пару литров. Мы тебе деньги оставим.
– Окей. Передам.
После работы Алла сразу направилась в дом к бывшему мужу. Я ей рассказал о случившемся по телефону.
Через полчаса она вернулась. Злая, раздраженная.
Бросила в прихожей сумку и прошла на кухню. Мы с Петром поплелись следом за ней.
– Японская макака! Так и знала, что он не оставит меня в покое.
– Что случилось? – осторожно спросил я. В такие моменты ее лучше не трогать.
Пес спрятался за мои ноги.
– Ему понравилась наша самогонка, – довольно спокойно ответила она.
– Это плохо?
– Теперь он постоянно будет мотаться к нам. Чего же хорошего? Век бы не видела его наглой рожи!
– Он пьющий?
– Еще какой. Бочку высосет и не упадет. И дружки его тоже алкаши.
– Что будем делать?
Алла села на табурет. Не на стул, как нормальный человек. Задница еле уместилась, жир свесился по краям, деревянный ножки заскрипели. Подол яркого платья в жуткий горошек свесился до пола.
– Зачем ты взялся за это дело? – задала она странный вопрос. – Ты же не пьешь.
– Мне скучно сидеть дома. А тут – азарт. А что? Если тебе не нравится, я перестану делать.
– Нет, нет. Я рада, что ты хоть чем-то увлекся. Работай на здоровье.
– Тогда, что?
– Менты тобой заинтересовались.
– Мной?
– Хотят, чтобы ты продавал им самогон.
Фу! Напугала.
– Это не законно.
– Они тебе прикроют.
– Точно?
– Помадин проконтролирует. Он меня в обиду не даст. А ты теперь мой сын.
– Ему можно верить? Он не подставит?
Зачем спрашивать? Достаточно увидеть ее глаза. Она ему полностью доверяет.
Много лет назад они развелись, а живут все равно рядом, по соседству. Можно сказать – нос к носу. Видятся каждый день, здороваются, иногда ругаются. Если у Аллы возникают проблемы с машиной или по дому, Петр помогает. Если у него болит спина, Алла делает уколы. Помадин из тех мужчин, кто привык контролировать своих близких людей. Пусть они даже «бывшие» и уже «незаконные».
