Эвелин вернулась из школы, торопливо вбежала в кухню и чуть не грохнулась на пол, споткнувшись о холщовый мешок, лежавший у порога. После полетов на метле голова гудела, ноги подкашивались, тело ломило, словно каталась не она, а на ней. Громко охнув, Эвелин схватилась за дверь.
– Ба, что это? Я чуть не убилась! – воскликнула она.
– Эви, ты уже вернулась? – Вышла из кладовки Розалинда Витольдовна с коробкой в руках. – Я приготовила травы для лемахов: сегодня же ночная ярмарка, ты забыла?
– Нет, не забыла.
– Нужно обменять чабрец и шалфей…
– Скоро новая трава зацветёт…
– Новая зацветет только через месяц, и собирать мы ее начнем на Агафью, а трава нужна сейчас, мне Искра привет передала.
– А Искра это кто?
– Лемачка, моя знакомая, сегодня познакомишься.
– Ба, а можно я во дворе немного полетаю? – сложила Эвелин ладошки в молитвенном жесте. – Нам сегодня команду «воздух» и «земля» на дом задали отработать.
– Только недолго, мы вылетим раньше. По пути нужно заглянуть к Цветане. Хорсу понадобилась настойка от ревматизма. И, да, нужно хорошо упаковать остальное снадобье.
– Я только метлу мамину возьму, ага? – проскользнула Эвелин в кладовку мимо бабушки в открытую дверь. – Ба, ты посмотреть выйдешь? – позвала она, взлетая с крыльца.
Так хотелось похвастаться бабушке умением управлять метлой, что даже дрожащие от усталости колени не остановили Эвелин.
– Супер! – оттопырила бабушка большой палец вверх, любуясь, как Эвелин летит по двору, – для первого раза, просто супер! – ободряюще улыбнулась бабушка и зашла в дом.
“Если бы для первого. – Эвелин отвернулась, почувствовав, как к лицу прилила кровь, и продолжила летать. – Хорошо, что бабушка не слышит, о чем болтают метелки”.
– Эви! Нам пора! – позвала бабушка через некоторое время.
Когда солнце скатилось к изголовью трех великанов, и последние лучи позолотили их верхушки-шлемы, а отвесные скалы, заблестели, словно кольчуги на воинах, Розалинда Витольдовна вынесла на крыльцо большую метлу. Эвелин заметила ремни безопасности.
– Ба, зачем? Прошлый раз без них летали?
– Это было прошлый раз, а сейчас мы летим на ночную ярмарку, и мне бы не хотелось прослыть нарушительницей. Потерпи, Эви, через пару недель сдашь экзамен и станешь полноправной летуньей, и тогда будешь летать, как захочешь и куда захочешь.
– Потерплю. – Эвелин покорно села впереди бабушки и взяла в руки коробку со снадобьем.
Бабушка привязала мешок к держаку, наклонилась и оттолкнулась от земли.
Еще до захода солнца они приземлились перед домом Цветаны.
– Нет, ты представляешь, Розалинда? С больной спиной полетел на ярмарку? – Из калитки вышла эльфийка. – У него какая-то важная встреча.
– Ну, может, действительно, ему нужно? – успокоила ее бабушка, – вернется, спросишь… и полечишь заодно. – Розалинда незаметно ткнула Эвелин в спину.
– Это вам! – Эвелин протянула коробку Цветане. – То есть для Хорса, – тут же исправилась.
Эльфийка взяла в руки коробку, поблагодарила.
Над их головой промелькнули на метлах ведьмы, спешившие на ярмарку. Габаритные фонари на древках их метелок тускло светили в чернеющем небе.
– Ну, нам пора, – Розалинда и Эвелин продолжили полет.
Далеко позади остались зеленеющие хлеба эльфов-полевиков. Ведуньи быстро минули долину с озером и, свернув направо, пролетели над узкой тропинкой, вившейся по берегу горной речушки по широкому проходу в ущелье.
Солнце спряталось за скалами, и в тени гор уже хозяйничали темно-синие сумерки. Прохладный ветер освежал лицо после жаркого дня. Эвелин увидела далеко впереди широкое плато, на котором в форме веера горели огни. Чем темнее становилось вокруг, тем ярче они горели.
Многоголосый шум разносился по ущелью и, отражаясь от скал, усиливался громоподобным эхом. Опустившись на площадку, Эвелин осмотрелась. Под скалой чернел, словно рот большой хищной рыбы, вход в пещеру. От него во все стороны расходились каменные ряды, будто мифический великан специально уложил гладкие валуны для базарных лавок. На камнях были разложены товары. Аккуратные стопки с пышками соседствовали с вязаными теплыми носками, кожаными туфлями и сапогами, тут же зеленели пучки крапивы, водорослей, неизвестной травы рядом со свежей еще живой рыбой, клетки с живыми кроликами и фазанами, кучками угля, грибов, орехов, лука, моркови, ножами. Искрящиеся кристаллы и украшения из сверкающих самоцветных камней поблескивали, словно звезды на черном небосклоне. В свежем ночном воздухе витали ароматные запахи выпечки и едкий душок животных. Легкие порывы ветерка уносили запахи с площадки в горы, но они тут же появлялись вновь.
Эвелин присмотрелась и с удивлением обнаружила, что огоньки ползают по каменным высоким столбам, стоящим между валунами, словно охранники. «Да это светлячки, – догадалась Эвелин, – но какие крупные», – изумилась она.
За каменными прилавками вперемешку расположились торгаши. Рядом с рослыми ведьмами стояли невысокие эльфы и совсем низкие люди похожие на карликов. Из-за валунов выглядывали только их головы и плечи.
– Ба, это и есть лемахи? – тихо спросила Эвелин.
