– Да, – ответила бабушка, высматривая кого-то в толпе низкорослых людей, выкатившихся из черного зева пещеры и живыми ручейками растекавшихся по торговым рядам.
– Ба, глянь, это же Хорс? – указала Эвелин на мужчину, перед которым лежали две тушки похожие на кроликов.
Перед Хорсом остановились две лемачки и стали торговаться. Он поочередно то морщился, то улыбался, но торговался с не меньшим азартом. Эвелин присмотрелась к лемачкам.
– Ба, они больше гномов напоминают. Я их себе другими представляла.
– Какими?
– Ну, с хвостами такими. Длинными, как у змеи.
– Так у них есть хвосты, – засмеялась бабушка, – вернее, хвостики.
– Да? – от удивления глаза Эвелин стали как большие круглые монеты. – Ба, а можно я пройдусь по ярмарке?
– Иди, только не потеряйся, – с сомнением посмотрела бабушка на нетерпеливую Эвелин, – если что, говори, что ты моя внучка. Меня здесь все знают.
Эвелин шла по ряду и крутила по сторонам головой. Все ей было интересно. Вот курносый лемах выменял на два блестящих камешка рыбу и муку и довольный потащил покупку в темный проход, а вот эльф рассматривает длинный блестящий клинок и заматывает его в тряпицу, воровато посматривая по сторонам. Засмотревшись, Эвелин столкнулась в проходе с женщиной.
– Простите, я нечаянно, – извинилась она, но от удивления замолчала.
Рядом с незнакомкой стоял сомхус Лазореус «как там его дальше». В руках он держал наполовину полный холщовый мешок.
– Ничего страшного, эти ночные ярмарки такие шумные и многолюдные, – успокоила дама Эвелин, но заметив, куда смотрит Эвелин, озадаченно свела брови домиком, – ты его видишь?
– Д-да, – растерялась Эвелин.
– Оксана, это же внучка Розалинды, – пояснил Лазореус.
Дама с интересом посмотрела на Эвелин.
– А я сразу и не узнала тебя. Темно. – Посмотрела она на тусклый светлячок над ближайшим валуном. – Меня Оксана зовут, я мама Ивана, – протянула она руку Эвелин для приветствия.
Все это было так неожиданно, что Эвелин растерялась, замешкалась и не сразу протянула руку. Но когда коснулась предложенной ладони, ощутила тепло и мягкость. «Повезло Ваньке», – мысленно вздохнула Эвелин.
Ванькина мама повернулась и обратилась к сомхусу:
– Возвращаемся, Лазореус, время вышло.
– Да, сейчас, – кивнул он в ответ. – Я на минутку отлучусь, меня тут нечеловечек один ждет.
Лазореус проскользнул мимо и исчез в толпе. Эвелин осталась стоять в проходе с Оксаной. Неловкую паузу нарушила Ванькина мама.
– Как здоровье Розалинда Витольдовны? Как успехи в школе?
Эвелин никогда не робела перед незнакомыми людьми и умела поддержать беседу, но тут вдруг застеснялась. В этой женщине было столько грации и благородства, и в то же время она смотрела на нее с теплотой и участием, что Эвелин стало неловко за то, как она относится к Ваньке. Ну не может у такой дамы быть плохой сын.
– Спасибо, все хорошо, – промямлила она.
Они замолчали. Оксана больше не задавала вопросов и не смотрела на Эвелин. Лазореус не заставил себя ждать. Он появился так же неожиданно, как исчез.
Лазореус и Оксана попрощались с Эвелин и прошли по ряду дальше. Эвелин не заметила, как они исчезли в шумной толпе.
Она подошла ко входу в пещеру и заглянула внутрь. Под невысокими сводами дорожкой убегали вниз огоньки, освещая каменные ступеньки. Ее одолело любопытство. Осмотревшись по сторонам и удостоверившись, что на нее никто не обращает внимания, она проскользнула в пещеру и стала спускаться по крутым ступенькам в узком проходе. Она миновала второй поворот, когда заметила два ответвления: правое уходило вверх, а левое вниз. «Не заблудиться бы», – подумала она. – «Эх, жаль, с собой нет ни хлебных крошек, ни клубка с нитками. Вернуться, пока не потерялась?» Но нет, любопытство пересилило. «Пойду по главному и вернусь так же», – решила она.
Эвелин спустилась еще на пару десятков ступенек и попала в тоннель. Здесь ступенек не было, широкий сводчатый коридор шел горизонтально в обе стороны и в стенах чернели проходы без освещения. Впереди виднелся очередной поворот. Она приблизилась, намереваясь заглянуть за него и вернуться, когда услышала голоса в соседней нише, из которой исходил мертвенный свет. Заглянув туда, различила две фигуры под блеклым светом. Низкорослый лемах с торчащим в разные стороны шариком волос, как у одуванчика, прижался спиной к стене, а над ним нависал высокий мужчина в плаще с накинутым на голову капюшоном.
– Сир, я не могу больше брать в кладовой кристаллы. Скоро заметят пропажу и меня изгонят из пещер. Я погибну, – умолял высоким звонким голосом низкорослый.
– Скоро все закончится, Суморок, и тебе не нужно будет мне помогать, – ответил мужчина.
