– Наша единственная надежда – остановить их прямо здесь. Стремясь сберечь силы, они поплывут по течению, наугад, как и мы сейчас в своих размышлениях. И окажутся именно тут. – Палец ее указал на карту подземных территорий, прочертив линию вокруг сплетенных в единую сеть залов, напоминавших узелки, соединенные паутиной сухих и заполненных водой тоннелей. – Это главное пересечение путей, сюда их и принесут потоки. Лучшей возможности остановить продвижение врага у нас не будет. Если сдержим их, сумеем выиграть время и дождаться возвращения тритонов. Но надо действовать быстро. И до последнего удерживать позиции. Это наш единственный шанс, всем это ясно?
Взглянув в темные, яростные глаза присутствующих, она прочла в них четкий ответ. Получив приказ Сисиниксы, русалки и
Гибкая фигура русалки выскользнула из одного из них.
– Враги близко! – громким шепотом известила она.
В ожидании атаки воздух буквально звенел от напряжения.
Сисиникса выскользнула из-за импровизированной баррикады, точнее, груды камней, одной из тех, что успели соорудить сирены, пока шло обсуждение, и дважды коротко взмахнула мечом. Над бассейном, на высоте нескольких десятков футов, из-за естественного балкона показался и блеснул в знак понимания другой меч. Они приготовились и ждали.
– Не отступать, – прошипела Государыня, и окружавшие ее сирены прижались к баррикаде.
Нестор и его воины застали морейцев врасплох, и им пришлось заплатить высокую цену за свою неосмотрительность. Но если теперь подданные Сисиниксы сумеют совладать с нервами, есть шанс изменить ход игры. Кровь убитых сирен взывала к Государыне, но она жаждала не мести, а победы, ставила целью изгнать врага и сохранить как можно больше жизней. Этого будет достаточно.
Первые атланты быстро и бесшумно выбрались из самого широкого бассейна, обводя глазами пещеру. В странной мерцающей темноте они видели лучше, чем люди, но до морейцев им было далеко.
Разведчики рассредоточились по залу, подбираясь все ближе и ближе к каменным завалам, за которыми прятались сирены. Сисиникса молча призвала каждую сохранять терпение. Наконец один из атлантов подал сигнал, и несколько его сородичей прыгнули обратно в воду, чтобы дать сигнал основным силам: путь свободен.
Это было к лучшему, потому что, как только посланцы отбыли, один из разведчиков взобрался на ближайшую груду камней, увидел поджидающих его сирен, но не успел и пискнуть, как его повалили и прикончили. Оставшиеся атланты вскоре заметили, что их стало меньше, и в тот момент, как из бассейна принялись выныривать десятки воинов, тоже забрались на каменные завалы. Всех этих разведчиков ждала та же участь, что и первого. Некоторые, правда, пытались удрать, но их схватили и затащили за камни. Предсмертные крики прорезали сумрак.
Впрочем, за плеском воды и звоном оружия заполнявших пещеру вражеских воинов различить стоны умирающих не представлялось возможным. Довольно скоро атланты двинулись вперед, выстраиваясь в боевой порядок на неровном полу пещеры и вглядываясь в темноту. И тут Сисиникса одним движением вскочила на импровизированную баррикаду, угрожающе выставив вперед пику.
– Пора! – прорычала она.
И целый град обломков каменной кладки и острых осколков горной породы посыпался на головы атлантов. Те пытались уворачиваться, некоторые нырнули в бассейн, надеясь там спастись от лавины, расплющивавшей и калечившей их сородичей. Крики и плеск воды наполнили пещеру. Головной отряд атлантов, опасавшихся нападения с тыла, поспешно развернулся и, ощетинившись копьями, принялся осыпать стрелами подступы к бассейну, разражаясь злобными проклятиями. Большинство сирен успели укрыться за камнями на естественных балконах и за опоясывающим бассейн невысоким бортиком. Но время от времени одна из русалок падала, поверженная, на дно пещеры, куда продолжал лететь сверху град каменных снарядов.
Не произнося больше ни слова, Сисиникса, сопровождаемая верными истребительницами, не отстававшими ни на шаг, словно ястреб набросилась на отряд атлантов с тылу. Морейки обрушилась на врагов, словно шторм, их голоса напоминали гневный рев ветра. Атланты шаг за шагом отступали к бассейну, так и кишевшему их же сородичами. В дикой тесноте копейщики тщетно пытались пустить в ход свое оружие. Гибкие и ловкие сирены умудрялись просочиться между ними и не задумываясь пускали в ход кинжалы и пики.
Каждый удар меча Сисиниксы был ударом возмездия, исправляющим очередную ошибку, утоляющим жажду мести за кровь невинных, чьи тела лежали на пляжах Калифаса или покачивались в волнах Океаноса. Близость победы придавала Государыне сил.
Морейцы одержат верх, а Нестор заплатит за все, что сотворил.
