– Притворялись, что ловят рыбу? – эхом повторила я. – Думаешь, они заманивали тебя? Это была ловушка?
– Не думаю, а знаю точно.
– Их одежда, – я подвинулась на краешек камня и посмотрела Тони прямо в лицо. – Как она выглядела?
– Почти вся черная и облегающая. У одного по бокам ног имелись полосы, а у другого такие же полосы были на руках. Полосы очень яркого цвета, словно самые броские тропические рыбки, какие только бывают в природе. На последнем был полностью черный наряд, простой и неинтересный. Одежда застегивалась на длинную молнию. Если бы я по текстуре ткани не поняла, что она современная, то молния развеяла бы сомнения. Помню, как я впервые увидела молнию на одежде, застрявшей на одном из кораллов. И часами забавлялась с ней.
– А оружие? – перебила Ника, сдвинув от волнения брови.
– Оно походило на гарпуны для охоты на рыб, как те ржавые штуки, что лежат у нас в пещере возле грота. Я была здесь в тот день, когда их принесли, и помнила, как они выглядят. И все же, – Тони покачала головой, – я не боялась. Знаю, что мы по своей природе враги, но я ни разу не слышала о нападении атлантов на сирену, и мы находились далеко от Океаноса, так что у нас с ними не было причин ссориться.
– Продолжай.
– Они смеялись и казались дружелюбными. Увидели меня издали, помахали, а один поманил к себе.
В этот момент Ника оторвала взгляд от Тони и посмотрела на меня. Тревога в ее глазах усилилась, и я почувствовала, что меня мутит от дурных предчувствий. Я вспомнила Йозефа и других атлантов – здоровых и мускулистых. Но те, о которых говорила Тони, встретились ей далеко от Океаноса. Я понятия не имела, кто они и откуда взялись.
– Когда я приблизилась, они напали. Двое держали меня за руки, а третий, – Тони содрогнулась и на мгновение смолкла, – отобрал мой кулон. Я не могла с ними справиться, да и просто растерялась. Все произошло так быстро и неожиданно. Они просто схватили мой самоцвет и исчезли. Развернулись и испарились в океанских водах в трех разных направлениях. Я погналась за одним, – воскликнула Тони, потирая ладонями лицо и смахивая со лба волосы. – Долго преследовала его, но он все время ускользал, и… – Она помедлила, глаза ее затуманились: казалось, она смотрит куда-то очень далеко.
– Что он? – мягко вернула я ее к реальности.
– Он смеялся, – взгляд Тони метнулся в мою сторону, потемнев от гнева. Обнажились верхние зубы, сверкнув в солнечном свете. – Словно для него это игра. – Она покачала головой: ее гнев стал почти осязаем. – Мне не удалось поймать его, да и где гарантия, что мой самоцвет был у него. Один шанс из трех. Сперва я надеялась, что это глупая шутка, что они играют со мной, а потом вернут камень, но нет. И я поняла: они сделали это намеренно.
– Но зачем им так поступать? Разве что они знали, к чему это приведет, – тихо и задумчиво спросила Ника. – Вероятно, они
Тони кивнула.
– Я продолжала искать их, думала встретить хотя бы каких-то других атлантов, если уж не тех троих, и как-то получить назад свой самоцвет. Я не знала, что делать. И к тому времени, когда отчаялась и решила направиться домой, уже стала постепенно терять рассудок. – Ее подбородок задрожал. Вспоминая о пережитых горестях, она склонилась и прижала ладони к лицу. – Не знаю, в какой части мира я находилась, когда утратила способность мыслить рационально, но каким-то образом шестнадцать лет спустя… – Голос ее сорвался, она подняла глаза: в них отражалась смесь благодарности и глубокой печали.
– По счастью, ты подплыла достаточно близко к границам Океаноса и тебя нашли, – договорила за нее Ника.
Тони кивнула. Потом перевела взгляд с меня на Нику и снова на меня: на лице ее отразилось замешательство.
– Но зачем они поступили так со мной? Это была просто жестокая шутка?
Ника пригвоздила меня пристальным взглядом.
– Они не хотели обидеть лично тебя, Тони, – процедила она, сжав челюсти. – За долгие годы много сирен не вернулось домой в Океанос. Наша численность снижается, поскольку наши сестры, уплывшие на циклы спаривания, не возвращаются дольше, чем обычно.
– А из последней группы, которую вы послали искать тритонов? – выпалила Тони, и тревога отразилась у нее на лице. – Из них кто-то вернулся?
Ника покачала головой, а я ответила:
– Нет. Пока только ты.
Лицо Тони сморщилось.
– Но это же катастрофа, так не должно быть. Что-то жуткое случилось. Может, я не единственная, с кем стряслась беда? Что, если мои сестры тоже затерялись где-то в океане? Если у них отобрали самоцветы, мы можем никогда их не найти! Надо что-то предпринять!
– Предпримем, – я старалась, чтобы голос звучал спокойно. Но внутри меня все бурлило, ведь мое воображение уже нарисовало жуткий сценарий, который, по всей вероятности, был хуже того, что происходило в действительности. По крайней мере, я на это надеялась. – Я проведу расследование. Есть пара людей, кого я могу расспросить.
– Людей? – переспросила Тони, склонив голову.
