Афганистан климатически и географически очень подходит под выращивание конопли и мака, и свободно продавался здесь гашиш и чарас. Вовсю производился героина и опиум. За восемь лет войны многие поля лишились мелиорации, были выжжены артиллерией и обстрелами, а культивирование мака требовало меньше времени и приносило больший доход, нежели хлопок или миндаль. Один килограмм маковой эссенции стоит две-три тысячи афгани, при том, что средний доход крестьянина в год был всего пять тысяч. Советские люди, попав в такую среду вседозволенности и страха смерти, вне поля социалистической нравственности и законности, делали то, что очень устраивало предателей в Москве — за курением травки вкалывали себе первую ампулу с опиатами, везли наркотики в Союз, шли в бой и на зачистки в наркотическом опьянении и становились машинами слепой смерти. Промедол — морфин, был в больших количествах в войсках как болеутоляющее. Он вызывал быструю и сильную зависимость и поиск замены. Промедол был в каждом батальоне, у каждого санинструктора, фельдшера, у каждого солдата и офицера, и солдаты часто воровали промедол друг у друга, уговорами и угрозами добывали его у медиков. Афганские же мальчишки ежедневно подходили к воротам частей и к постам, и предлагали чарас, гашиш, опиум. Многие русские, украинские, белорусские парни вообще не знали, что это такое, и очень быстро на них подсаживались, говоря при этом:
— Сегодня я жив, а завтра нет…
Что творится в голове 18-летнего парня, когда каждый день вокруг исчезает огромное количество сослуживцев — по болезни, по увольнению в запас, в отпуск, кого-то отправляют домой в случае ранения, но большинство погибают — это психологический удар для новичка. Только вчера он дружит с кем-то, а сегодня его убивают, завтра он начинает дружить с кем-то другим, а послезавтра убивают и его. Поэтому солдат начинает думать о том, что его тоже обязательно убьют — это не вопрос выбора, это вопрос времени. Когда видишь бьющееся сердце и разорванную гранатой грудную клетку своего товарища — молодого солдата, посланного в Афганистан людьми — все в крови — Андроповым и Устиновым или Горбачёвыми и Соколовым для создания условий экономической и нравственной гибели социализма, когда этот солдатик, не успевший, к сожалению, умереть сразу, спрашивает санинструктора, будет ли он жив и будет ли у него всё хорошо, невольно потянешься вечером за ампулой иди за пакетиком в маленькой ладошке афганского мальчишки. Кого тут винить? Фамилии известны все до одной, всё ходы подробно записаны…
Андрей Алёшин познакомился с героином во время обороны в кишлаке Руха в прошлом году. Чеченец Хасуха Магомедов тогда ещё был в их отделении и впервые принёс при нём в казарму мешок с чёрной массой без запаха, завёрнутой в обычный пакет. Сам чеченец Магомедов был полным тёской чеченского абрека, ушедшего в абреки после убийства в 1939 году односельчанина, и воевавшего потом в тылу Красной Армии во время битвы за Сталинград в прогитлеровской банде Исраилова до депортации повально бандитствующих чеченцев в 1944 году. Магомедов при депортации скрылся в горах, и до ликвидации в 1976 году совершил 194 разбойных нападений, убил тридцать человек чеченцев и не чеченцев, советских начальников милиции, КГБ, партийно-советского актива. Магомедов любил о нём рассказывать. Такие пакеты с гашишем солдаты-мотострелки из 682-го Уманско-Варшавского Краснознаменного Ордена Кутузова мотострелкового полка, управляемого штабом из города Джабаль-Уссарадж в 35 километрах от входа в Панджшерское ущелье, находили практически в каждом доме Чарикарской равнины, и тащили в казармы. Советские солдаты — таджики, узбеки, киргизы, азербайджанцы, чеченцы и так далее знали, что такое лёгкие и тяжёлые виды наркотиков. Они всегда забирали опиум после обысков с собой, употребляли сами и давали другим. Афганцы в своём обществе свободных капиталистических отношений везде предлагали наркотики: гашиш, насвай, менее открыто героин.
Лейтенант Мереддурдыев мог избить солдата за опьянение промедолом из аптечки — оранжевого пакетика с таблетками обеззараживания воды, бинтом и двумя ампулами с промедола, но сам занимался сбором и отправкой в Ашхабад партий героина.
