— Я тебе открылся, все душу вывернул, показал, какая она у меня. А ты только и думаешь, как бы раны расковырять, а потом утешаешь меня, рассказываешь, что нужно справиться с этой травмой. У меня только все затягиваться начало, так Макс с небес каких-то свалился, или из ада вышел. Черт его разберет, кто он такой. А ты еще подбрасываешь в огонь: церкви, смерть, тайны…Но если честно, что ты видела? — Тимофеев постарался взять себя в руки. — И хватит приколов.
— Сама не знаю, что я видела. Ехала за ним долго, а в этой деревне даже не поняла, что произошло. Он какой-то испуганный оттуда уехал, будто в лицо смерти посмотрел. Передам полиции все что видела, — вздохнула девушка.
— Не нужно, — и тут Юра рассказал, с каким материалом приехал в отделение Большаков. Алиса стало жутко, ей захотелось выпить чего-то по крепче.
— А что, если он и правда напал на след убийц, похитителей? — осенило Алису. — Ну сфоткал с другого ракурса с перепугу или случайно, когда убегал, не в то окно руку просунул. Я ему верить вдруг начала. Ну знаешь, как по щелчку.
— А ты сама этот кабриолет черный видела и двух фриков в нем? Нет, заряжала планшет. Макс всегда был странным, он нам в школе рассказывал, что к нему часто приходит мужчина в черном смокинге и рассказывает жуткие вещи.У него в 11 лет начало дико сносить крышу.
Макс ждал, когда Натан и Юра сделают очередное солнышко на качелях и слезут поговорить. Большаков приготовил огромную лекцию для друзей, но до последнего сомневался стоит ли им доверять большую тайну.
— Каждую ночь я теперь вижу странный мир. В нем три солнца и столько же лун. А люди под ними на земле ходят точно такие же, как мы с вами. А еще у них свой язык — мурийский. Но я его понимаю, словно смотрю фильм в дубляже. И самое главное, что я хотел сказать: я вижу не полностью этот мир, а только когда рядом со мной Юстус. И я хожу по пятам за этим Юстусом Гроссом, иногда даже кажется, что я сам этот Юстус Гросс.
— А я Фриц Ланг, — рассмеялся Юра Тимофеев.
— Кто это? — скорчил рожу Большаков. — Хватит издеваться надо мной.Я не шучу. Я принялся все эти сны записывать, потому что они безумно интересные.
Макс протянул толстую тетрадь с иллюстрациями ребятам, он сделал зарисовки и очерки, пока валялся с переломом.
— Но только не пытайтесь перед сном мечтать об этом мире, он принадлежит мне, — воскликнул Макс.
— Да кому нужны эти три солнца. Тем более телефонов у них нет, компьютеров — тоже, — надулся Юра. — Как они там вообще живут? Даже межгалактических кораблей нет.
Макс вырвал из рук драгоценную тетрадь со словами:
— Да у них все есть: и еда, и одежда, и красивые дома. Они даже учатся фотоаппараты делать. И оружие у них тоже есть. Вы не видели их империю, а уже смеетесь над ними.
— Глядишь, когда вырастишь, они у тебя там революции и войны устроят, а ты будешь стоять и наблюдать за ними, — сказал Натан, покосившись на тетрадь. — Что ты будешь делать, когда они станут воевать?
— Не знаю. Наверное, займу чью-то сторону. А что еще делать? Надеюсь, этот мир не разрушится, и я смогу наблюдать за ним каждую ночь. Но, знаете, он снится мне не всегда. Наверное, кто-то перебивает мой сон и хочет насладиться вместо меня этим миром, — вздохнул Макс.
— А ты скажи-ка нам лучше что-то на мурийском! — Натан приобнял друга, пытаясь дотянуться до тетради, но Макс живо ее убрал во внутренний карман.
— А я тебе не заводной попугай, чтобы говорить. Ты как-то странно себя ведешь, Натан! Хватит смотреть так мою тетрадь. Минуту назад насмехался, а теперь ручки свои тянешь.
— А ну дай почитать, — Натан накинулся на Большакова с кулаками, пытаясь выхватить из кармана ценные манускрипты, написанные гелевыми ручками.
Юра закончил рассказ тем, что Макс начал при них рвать тетрадь, а затем и вовсе какие-то листы сжевал и проглотил, но Натан на него обиделся и очень долго не разговаривал, в школе стал избегать его.
— А вдруг он не врал вам, — задумалась Алиса.
Но после этих слов Юра пришел в ярость:
— Ты себя послушай со стороны. Ну хоть ты имей стержень, не поддавайся его чарам. Ты журналистка, прекрасная, умная девушка с критическим мышлением и рациональным складом ума. Конечно, я понимаю, Макс Большаков харизматичный, любую очарует…
— Дурак ты, Юр. Думала, как нормальные люди посидим, обсудим все. Завтра не увидимся и послезавтра тоже. Потом созвонимся, у меня много работы,- девушка схватила свою куртку и поспешила к выходу, минуя двух престарелых дряхлых теток. Две пожилые близняшки оценивающе взглянули на Алису, затем принялись о чем-то шептаться и хихикать. У одной из дам были до неприличия огромные бородавки на подбородке. Это заметила Алиса и невольно всколыхнулась от неприятного чувства.
Тимофеев решил остаться в заведении и насладиться ужином. Он часто ловил свою подругу на всплесках, но на этот раз снова пришлось упомянуть недобрым словом Большакова, который вылез из глубин и снова испортил вечер.