— Где-то семь. Помню еще кое-что. В компании был мужчина с огромным рюкзаком. Кожаный плащ у него еще был достаточно увесистый. Мой дядя называл его карателем и всегда шутил над ним по злому за то, что он немец. Но тот не обижался, а фыркал себе под нос что-то и песенки напевал. Он впервые со мной заговорил, когда мы через год собрались на охоте. Не поверишь, я продолжал ездить, чтобы стать настоящим мужчиной. Константин Дмитриевич считал, что охота выбивает из мужчины мягкость. Но этот немец так не считал, он сказал: «Каждый жесток, и его развлечение — это арена, где он может выпустить своих демонов. Выпустить и освободиться». Этот немец, разжигая костер, обратился ко мне: «Люди добыли огонь, потому что им было страшно». И я ему тут же сказал: «Я не знаю, как определить, какие демоны меня населяют, как я могу их выпустить?» Он удивился, что я начал в столь раннем возрасте думать о пороках, в которых не мог себя еще подозревать.
— И что он тебе ответил? — Алиса свернула на песчаную дорогу. Фары осветили брошенный Мишей велосипед рядом с информационным знаком.
— Не помню. Много чего не помню.
— В детстве можно похоронить плохие воспоминания. И лучше их не выкапывать,
Алиса вышла из машины, за ней проследовал Макс.
— Откуда у нас одни и те же сны? — задумался Макс.
— Мы выросли в одном городе, в одной среде.
— Нет, это все не имеет никакого значения. Эти сны должны были сниться только мне.
Алиса достала из сумочки пистолет и сняла его с предохранителя.
— Ты же не единственный человек, которому может что-то сниться, — Алиса открыла входную дверь, Макс подсвечивал ей путь фонариком. Свет прорывался через темноту, обнажая предметы в ней.
В доме никого не оказалось. Камин покоился, будто к нему не прикасался никто за последние несколько лет.
— Если его завтра найдут, — послышался голос Макса, — найдут мертвым, я не переживу.
Алиса обняла своего нового друга, связанного с ней, переплетенного общим сном. Они простояли несколько минут, затем принялись прочесывать окрестность. Никаких следов, никаких зацепок они не нашли.
— А что, если этот дом мне приснился и ничего в нем не было? И эти странные люди — плоды моего воспаленного мозга.
— Если никто не видел того же, чего и ты, это еще не значит, что ты сумасшедший. — заключила Алиса. Девушка достала из багажника зеленую сигнальную ракету и выстрелила в воздух.
— А что, если в этом городе сразу все свихнулись, и мы с ними существуем в одном сне?
— А что, если…Большаков, тебя заклинило, — Алиса рассматривала мерцающий темно-зеленый сигнал. — В столице тебя не посещали эти странные люди? Может, они все это время, пока ты праздно жил после выпускного, следили за тобой?
— Нет, никогда не видел. Но словно ощущал часто чье-то присутствие. Вечеринки, бары, бесконечные ночные разъезды — и все под пристальным наблюдением. Алис, конечно, я могу что-то додумывать и бесконечно мистифицировать, но моя бешеная жизнь в столице была попыткой забыть абсолютно все, что здесь произошло. Теперь же я в Верхнем Тумане после каждого пробуждения задаюсь вопросом: «А кому я снюсь?»
Зеленая клякса парила над деревней, из соседних населенных пунктов начали поступать звонки в полицию:
— Алё, полиция. У нас тут внеземная битва. Я не шучу, уже лазером в небо херачат, ага. И что нам делать, куда бежать?
— Полиция, срочно, тут портал открылся. Маги из сегодняшней передачи были правы. Как какие маги, ну эти, наши. Не кладите трубку!
— Полиция. Это я, Вадик. Сигнальная ракета со стороны заброшенной деревни. Кажется, там что-то происходит, не могу понять что. Могу подъехать посмотреть место. Ага, понял. Ждите инфу. Добро!
Макс меньше всего ожидал, что этим вечером у его новой подруги окажется сигнальная ракета в небольшом рюкзаке:
— Это еще зачем? Что за бред? — вдруг Большаков вышел из бесконечной болтовни и наконец дал оценку происходящему.
— Макс, это для моего приятеля сигнал. Для Феди. Он из газеты, его дом находится вот в той стороне, прямо за этим холмом.
— Из газеты? Да ты с ума, что ли, сошла? А если эту зеленую штуку кто-то еще увидит? Начнутся вопросы, сюда сейчас все съедутся, — разбушевался Большаков.
Макс схватился за голову, зажмурил глаза. Он не представлял, в каком гневе будет Константин Игоревич, если выяснится, что в исчезновении Миши виноват его любимый племянник, взявший с собой единственного сына, наследника в заброшенную деревню.
— Ты же хочешь, чтобы твой брат нашелся, так принимай помощь. Федя кого угодно отыщет. Он что-то вроде медиума.
— Чего? Медиум? Твой друг шарлатан! — завопил Макс. — Для чего я вообще взял тебя сюда. Наверное, у твоего Феди еще и телефона нет, раз ты сообщения ему таким образом передаешь.
— Ну знаешь! — Алиса накинул капюшон и зашагала к большой дороге.
— Алиса, ну извини меня, прости, — Большаков поспешил догнать девушку. — У тебя необычные методы, я понимаю, ты самая такая необычная, ну, не такая, как большинство девушек.
— Начинается, — закатила глаза Алиса, но улыбка прорезалась на ее лице.