Ужасно скучаю по Мату. Брат был моим сообщником, моим доверенным лицом. Он поддерживал меня, а я — его. За исключением одного раза, в ту роковую ночь, когда я позволил ему уйти с вечеринки накуренным и Матье врезался в дерево. Все это время я в ванной гонялся за драконом.
Я закрываю глаза. Под опухшими от слез веками снова вижу своего брата. Как он с небрежным видом стоит в дверях. Я помню его последние слова.
«Не волнуйся, я сам все сделаю».
Он собрался пойти выпить еще пива.
Сжимаю зубы так сильно, что боюсь, они сломаются. Вдруг сотовый начинает вибрировать. Я открываю глаза и с удивлением вижу на экране имя Майка. И вдвойне рад, что у меня хватает сил принять вызов.
— Привет.
— Привет. Ого, я рад, что ты ответил. Сомневался…
— И я тоже.
Он тихо смеется.
— С годовщиной, или как там полагается говорить.
Я ничего не отвечаю. Майк добавляет:
— В любом случае… Я думал о Мате весь день…
Не очень рад очередному напоминанию, но мне приятно слышать голос Майка.
— Да… я тоже. Спасибо.
— Как ты?
— Норм. — Молчу, затем говорю: — Я видел пост Марианны.
— Тоже только что его прочел. Знаю, обычно ты редко заглядываешь в «Инстаграм», но… Я просто почувствовал, что должен тебе позвонить, на всякий случай… Тебе, наверное, хреново. Хуже не делаю?
— А ты не растерял хватку, старина. По-прежнему чуешь суть.
— Лучше б на этот раз я ошибся.
— И не только на этот, да?
Повисает тишина. Я знаю, что он вспоминает ту же сцену. Грязный переулок за калифорнийским баром. Как Майк предупредил меня насчет Мата, а я отмахнулся.
Приятель вздыхает. На том конце линии шум. Мне кажется, будто я слышу шелест волн, представляю себе море и ощущаю укол тоски.
— Ты где? На пляже?
— Да, но не на том, что ты думаешь.
— Да? А где?
— Я с бабушкой и дедушкой, в Персе. Они только что перебрались в дом престарелых и хотят продать свой. Приехал забрать вещи.
— Ты на Гаспе?
— Да, парень. Приятно вернуться в места, где вырос.
— Наверняка.
— Вот бы ты приехал, — внезапно говорит Майк. — Если у тебя, конечно, есть время…
Идея мгновенно меня захватывает. Мне сейчас так хочется сбежать от всего — от Марианны, от призрака брата, от всей моей жизни в целом.
— Я приеду.
— Правда? Сюда, сейчас?
— Да.
— Ок. Я напишу адрес. Только будь осторожен.
— Хорошо, не волнуйся.
Решаю взять мамину машину. Знаю, что Лина не будет возражать. Если что, Андре даст ей свою. Я оставляю им записку, чтобы они не слишком беспокоились. На самом деле пишу всего две фразы: «Решил сменить обстановку на несколько дней. Все будет хорошо».
Не лучший вариант, но, учитывая обстоятельства, лучше я сейчас и не сделаю. Думаю напоследок написать Эмили, но сил хватает только взять ключи и уйти. Для меня и это уже много. Я все ей объясню, когда вернусь. Не стоило вот так бросать ее на вечеринке, но Эмили наверняка потом прочла пост и поняла мою реакцию.
Она все поймет, я знаю. Это единственное, в чем я уверен.
Едва проснувшись в воскресенье утром, я хватаюсь за мобильный. Ни единого сообщения. Наверное, я слишком глупая, но как-то надеялась, что Джейк мне напишет.
Вчера вечером я ушла с вечеринки почти сразу после его внезапного побега. Не стала соваться к нему, раз он явно хотел побыть один. Вместо этого я прочитала пост его бывшей в «Инстаграме» и поначалу возненавидела ее, эту девушку, которую в жизни не встречала. Я мысленно обозвала ее дурой и уродкой, невзирая на идеальную внешность. А потом еще раз перечитала текст. На сей раз я ощутила ее боль, боль от потери дорогого человека. В итоге после нескольких прочтений я уже не знала, что и думать, кого больше жалеть. Поэтому закрыла приложение, когда слова начали расплываться перед глазами.
Перед сном я написала Джейку. Удалила два или три черновика, сомневалась, что сказать.
Привет, ты как? Волнуюсь за тебя. Я понимаю, этого всего оказалось слишком много — вечеринка, Марианна… Мне очень жаль. Напиши, как у тебя дела, пожалуйста. Целую.
Поцелуй в конце я добавила не сразу. Сперва задалась вопросом, не слишком ли это будет.
Глядя сегодня утром на телефон, я чувствую себя влюбленной школьницей. Невольно вспоминаю вчерашние предостережения Оливии. Психанув, бросаю телефон в сумку, встаю и одеваюсь.
Решаю прогуляться до реки. Сегодня намного холоднее. Сунув руки в карманы и спрятав нос в шарф, я схожу с тропы и тихо бреду к кромке воды. В детстве это было наше с папой секретное место. Я привела сюда Джастина на одно из наших первых свиданий.
Собственно, дом бывшего совсем неподалеку. Не думала, что пересекусь с Джастином, но когда спускаюсь на берег, то неожиданно вижу его сидящим на камне. На нем клетчатое осеннее пальто и вязаная шапка цвета индиго, которую я ему подарила — знала, что она идеально подойдет под цвет его глаз.
