На галерею нанесло сухого снега, много, так что мне пришлось шагать первым, пробивая путь валенками. Мария за спиной то ругалась, то хихикала, то свистела, актуатор ее веселил. Снег хрустел. Я почувствовал, как замерзли руки. Пальцы, ладони.
– Ян! – услышал я. – Ян, мы здесь уже долго…
Я оглянулся на Марию. На ресницах у нее образовались мелкие снежинки, красивые снежинки, ближе к носу они растаяли, снова замерзли, стали как слезы. И иней в волосах, действительно долго.
– Мне приснился протяжный сон…
Мария моргнула, и снежинки осыпались с ее ресниц, а те, что ближе к носу, остались, вспыхнули.
– Ты не спала. Мы шагали по галерее, здесь.
– Но мне приснился сон, я прекрасно помню его…
– Нам лучше уйти, – предложил я. – К этому надо привыкнуть. На неподготовленных людей… может действовать непредсказуемо, в путеводителе должно быть про это…
– Мне снились стены, – сказала Мария. – И гора. Белые стены вокруг белой горы.
Я осторожно взял Марию за рукав, и мы двинулись обратно по галерее, не глядя, по коридору, на восток, наверное, на восток.
Возле чугунной вешалки Мария села на чугунную скамейку, сняла валенки, но под скамейкой их не оставила, взяла с собой, сунула под мышки, пояснила:
– Понравились, хочу себе забрать, теплые. Я поговорила со Штайнером, на следующей неделе начнем монтировать рефрижератор…
– Рефрижератор? – не понял я.
– Будем вымораживать, это старинный испанский метод. Валенки весьма пригодятся.
Мария постучала валенками в стену.
– У тебя же эти… перрилюсы, кажется.
– Перрилюсы?
– В банке.
Мария потерла лоб валенком.
– Естественные враги, – напомнил я.
– Да, враги… Их потом, сначала выморозим. Хорошие валенки.
– В них и спать хорошо, – посоветовал я. – Можно сутки проспать и не заметить.
– Теперь буду в них спать.
Мы пошагали по коридору, скамейка и вешалка остались позади.
Через несколько минут Мария заглянула в схему.
– Мы… мы здесь. Кажется…
Мария повела пальцем по стене, посмотрела на палец.
– После лифта мы повернули… в синий коридор, так?
– Так.
– Значит, промазали уровнем. Проскочили ниже. Кто это понастроил, никакой системы… Или уровнем выше.
Мария пнула стену. У синхронных физиков собственные представления об устройстве помещений.
– Мы идем по коридору полчаса. – Мария привалилась к стене. – Это километра полтора, не меньше… И никуда не вышли, и вообще никаких выходов…
Все-таки не полчаса, меньше.
Мария опустилась на пол.
– Это может быть кольцевой коридор, – предположил я. – Мы случайно свернули… Где-то. Из-за расстояния мы не замечаем кривизны и ходим по кругу. Обычное дело, в тайге такое часто случается…
Я сел рядом с Марией. Не устал, не хотел нависать.
– Мы не в тайге, – сказала Мария. – Зачем здесь кольцевой коридор?
– Да кто их знает? Ошибка проектирования. У меня знакомый на Марсе работал, там по ошибке строительные боты построили восемнадцать жилых блоков. Здания по шесть подземных уровней – с окнами, но без лестниц. Так что и здесь вполне может быть… построенный по ошибке кольцевой коридор – комплекс-то огромный. Мы не видим кривизны, но на самом деле бежим по кругу.
У Марии шишка, у меня нож, шишка и нож, я стал размышлять – находились ли они в карманах изначально или возникли после?
– Могу поспорить, это Уистлер. Это он.
– Что он? – не понял я.
– Все подстроил. Просчитал, что мы обязательно пойдем к актуатору, это не сложно предвидеть… И приготовил сюрприз, напихал в карманы шишек и пуговиц… то есть ножик… Я тебе рассказывала про своего брата, он служил «призраком»? Тут наверняка есть такой же… дежурный призрак, ходит, по лестницам, пугает несведущих… Какой-нибудь…
Астерий.
– Шуйцев! – вспомнила Мария.
– Шуйский, – поправил я.
– Шуйский. Кстати, ты заметил, что и Шуйский, и Штайнер на одну букву?
Я быстренько взглянул – Мария это серьезно или тоже решила меня разыграть?
– И что? – спросил я.
– Синхроничность, – прошептала Мария. – Это… это, вероятно, она.
– Нисколько, – возразил я. – Фамилии на «Ш» – одни из самых распространенных в мире. Шмидт, например. Так что это даже не совпадение. Тебе не кажется, что мы заблудились?
Мария поглядела в сторону, откуда мы пришли.
– Разве можно здесь заблудиться? Как можно заблудиться в коридоре?
Письма.
Иногда участники группы Кирилла летели в Новый Южный Уэльс и беседовали с женщиной, сорок лет проработавшей в лаборатории точных измерений. Никакими выдающимися качествами женщина не обладала, всю жизнь изучала сверхтекучесть, была оптимисткой, но однажды сломала руку, профессора В. интересовали обстоятельства этого происшествия.
