– Это пока рано, – прищурился лис, – мало ли кто ещё может набежать на запах… И если появится Приск, что весьма вероятно, учитывая его тонкий нюх и вечный голод, очень советую с ним поделиться. Конечно, сегодня он не представляет для тебя серьёзной угрозы, но… лучше дружить. Хотя это и трудно назвать дружбой – Приск по-настоящему не дружит ни с кем – и всё же…
– Я поняла, – отозвалась Александра. – Это будет просто вежливо. Ну, как у нас, когда приходят нежданные гости.
– Вот именно, – тонко улыбнулся лис.
– Знаешь, мне Памвон говорил, что тут много всяких опасных водится. Он говорил – Нил и ещё… какая-то семейка… забыла… на М. Это он тоже – преувеличил?
– Почему же… Есть, конечно. Много кого. Но не думаю, что тебя это как-то затронет.
– А кто это?
– На М? Думаю, он имел в виду Маруфов.
– Точно! А они…
– Стадо кабанов. Не более того.
– А Нил?
– Лось.
– А чем же лось-то опасен? – удивилась Саша. – Мирное травоядное животное…
– Ну, не скажи… – покачал головой Руфин. – Вот уж где тёмная муть… Впрочем, никого не бойся. Давай так и договоримся.
– Хорошо, – легко согласилась Александра, ибо такой расклад её устраивал более всего.
Скоро соблазнительный аромат жаркого стал щекотать ноздри. Может, и стоило бы потомить глухаря ещё немного, но и лис торопил, и голод подстёгивал. Так что Саша, вооружившись тонкими палочками, выкатила из углей вожделенный завтрак. Она так увлеклась разделкой жареной тушки – и то сказать, за сутки кто угодно нагуляет зверский аппетит – что очнулась только, услышав тихий голос Руфина:
– У нас гость…
Руфин, как и следовало ожидать, оказался прав.
Взглянув в сторону восходящего солнца, куда настороженно смотрел лис, Александра увидела в отдалении тёмный силуэт неподвижно сидящего громадного зверя. Они говорили о нём, и появление его не было неожиданностью, но всё же сердце у Саши ёкнуло. Она прошептала:
– Это он? Приск?
– Да. – Лис по-прежнему не отрывал взгляда от северо-восточной стороны.
– Как мне следует поступить? Отдать ему глухаря?
– Нет. Медленно подойди и предложи разделить с тобою трапезу. Не трусь. Веди себя просто и естественно.
Саша тут же поднялась с травы и пошла в сторону волка. С удовлетворением отметив, что ноги под ней не подгибаются и колени не дрожат, она раздумывала, в какие слова ей облечь своё приглашение. Ведь не каждый день приходится завтракать в такой компании! Но всё получилось само собой. Будто сказалось помимо её воли, а она, Саша, даже как бы со стороны, наблюдала эту сцену:
– Здравствуйте! Пойдёмте с нами завтракать, глухарь уже готов…
Казалось, волк не слышит – он сидел так же неподвижно, не поворачивая головы в её сторону. Александра же рассматривала его во все глаза, позабыв об этикете.
Вблизи Приск оказался ещё внушительнее, чем виделось издали. Да, он был действительно огромен – размером поболе самого крупного дога, лобастый, покрытый густой серой шерстью. Весь облик его выдавал свирепую мощь. И ещё – от него исходила угроза. Весь – как сжатая пружина, недвижная до поры до времени, но готовая в любой момент выстрелить молниеносным прыжком. Саша и не знала, что волки бывают такие.
Когда она уже подумывала, не повторить ли ей своё приглашение – вдруг и впрямь не слышал, или задумался – Приск медленно встал и направился к Руфину. А Саша волей-неволей последовала за ним.
«Да уж. Каждый сам ему приносит и спасибо говорит… – размышляла она. И тут же испугалась: – А вдруг он, как Фива, слышит мои мысли?! Ой, простите-извините…»
Но, похоже, волк таким талантом не обладал. Он дошёл до места, где сидел лис, и уселся рядом, по-прежнему храня молчание. Саша же принялась делить птицу. Сначала она думала разделить её поровну, но покосилась на сидящего рядом зверя и поняла, что делить следует «по-братски». То есть себе она отделила ножку, а всё остальное положила перед волком.
Руфин не проявлял никакого интереса к еде. Казалось, он совсем не был голоден. Саша догадывалась, что это не совсем так, и лисья выдержка вызывала у неё уважение. Сама она отдала должное глухарю, справившись со своей порцией весьма скоро. Однако быстрота Приска превзошла все её представления о скорости поглощении пищи. Он лишь на мгновение нагнулся над куском – выпрямился – перед ним было пусто. После чего соизволил, наконец, что-то произнести. Слова были обращены к Руфину:
– А ты почему не ел? Парить собрался?
Лис лишь согласно наклонил голову.
– А меня это не прельщает…
– Каждому своё, – философски заметил лис.
– Да уж…
Приск мрачно посмотрел перед собой и вновь замолчал.
Александра же после еды пришла в эдакое замечательное расположение духа, подобное опьянению. Она представила себе, что это такая увлекательная игра: вот она ушла в разбойники и сидит после набега, отдыхает. Рядом с нею – боевые товарищи, сила… Ну что может быть лучше? Что она и озвучила:
– А давайте в разбойников поиграем! Ведь Остров-то – разбойничий…
– Что ты знаешь о разбойниках?! – неожиданно вскинулся Приск. – «Поиграем!..»
– Приск… – с укором в голосе произнёс Руфин.
