– Саликс хочет пить и попросила принести воды. Ты дашь?
Болотная Дама некоторое время смотрела на девочку, как будто вопрос долетал до неё в таком замедленном темпе, что можно было уже и самой пешком дойти, даже по болоту. Наконец, она так же медленно кивнула, приглашающим жестом повела ладошкой вокруг и пошла себе дальше, так и не проронив ни слова.
Саша вопросительно посмотрела на лиса.
– Она немая? Или невоспитанная?
– Почему же… – ответил тот. – Она разрешила взять воды. Набирай.
– Во что?.. – развела руками девочка и тут же увидела висевший на сучке тёмный от времени большой деревянный ковш.
– Прямо здесь набирать? – неуверенно оглядываясь спросила Александра. – Вода-то – болотная, грязная…
– Это для тебя – грязная, – заметил лис, – а для Саликс – питательная.
– Хорошо, – вздохнула девочка.
Наклонилась, зачерпнула полный ковш болотной жижи и, невольно сморщив нос и стараясь не расплёскивать, отправилась в обратный путь по болоту. Выбираясь на сухое место, она вспоминала Болотную Даму – образ красавицы никак не ассоциировался с таким местом, как это. И девочка поделилась своими соображениями с Руфином.
– Скажи, почему такая прекрасная – и сидит в болоте?
– Каждый выбирает место по себе, – ответил лис.
В голосе его Саше послышалась ирония.
– А почему она молчит?
– Так, может, это – благо? Не всегда внешний облик соответствует содержанию. Открой она рот – кто знает, не рассеется ли впечатление? Сколько красивых женщин только выиграли бы, научись они молчать, как Вриена. Так что можно считать её молчание высшей мудростью.
– Она – человек?
– Она – Сущность… болота.
Ответ показался Саше не очень ясным. И пока она раздумывала над этим, они дошли до Саликс. Девочка опрокинула ковш у основания дерева, и ива удовлетворённо зашуршала.
Дятла уже не видно было поблизости. Видимо, он полетел исполнять данное ему задание. Вспомнив про это задание, Саша спросила у Руфина:
– А что, ночью будет костёр?
– Конечно. И не один. Это важная часть ритуала.
– А кто же разжигает их? И как?
Лис лукаво взглянул на девочку.
– Разве ты не испекла сегодня свой завтрак? Для этого тоже был нужен огонь.
– Ах, как же я не догадалась! Ну конечно, угли… а они не потухнут до ночи? – воскликнула Александра.
– Не потухнут. Их хранит Архелий. А ночью к нему присоединится Астерий, и они зажгут костры на Острове. Это только раз в году бывает, что они вместе.
– Ты говорил – они стражи. А что они делают?
– Делают всё, для чего нужны человеческие руки. Мне вот трудно было бы разжечь костёр, – заметил Руфин.
– Они тоже не говорят?
– Нет. Только делают. И это, поверь, ценнейшее качество.
– Так как же они узнают, что надо сделать? – не унималась Александра. – И кто ими руководит?
– Как всем здесь… Фива, – ответил лис. – Они общаются мыслью.
– Понятно… Ещё я хотела спросить: что ест Фива? Или пища ей вообще не требуется?
– Иногда требуется, – вздохнул Руфин. – Об этом не слишком приятно говорить, но… Кормят Фиву летучие мыши, что живут в её пещере. Раз в семь дней они сами выбирают жертву – одну из стаи – убивают её и приносят Сове. При этом они плачут так горько! Но людям не дано слышать их плач… Видишь, чтобы высшая мудрость могла существовать, иногда приносятся в жертву простые создания. Хорошо, когда эта жертва сознательная и добровольная… У людей случается и по-другому.
За это летучие мыши пользуются привилегией: они могут охотиться где угодно, даже на Острове. Для других это невозможно. Кстати, ты заметила, что здесь нету гнуса?
– О, да! Это так здорово! Я всё удивлялась, отчего так?
– Маленькие кровососы могут настолько отравлять жизнь и вводить в искушение нарушить запрет убийства, что Фива повелела им лететь прочь от Острова, чтобы не усугубить ситуацию для живущих здесь…
Шум крыльев вновь прервал их беседу. Конечно же, это был Фирмос.
– Извините за вторжение в разговор, – вежливо произнёс он, – но я по делу. Руфин, Фива попросила тебя помочь… Видишь ли, жёлтые мыши совсем распоясались.
– Что же они натворили? – поинтересовался лис.
– Ну, поскольку охота здесь запрещена… не мне тебе рассказывать, как они у нас расплодились – сам знаешь… Но им-то кушать надо – вот они и добрались до семейства Любки-Платантеры. Столько клубней погрызли…
– Ах… – расстроился Руфин. – Ну ничего святого нет для этих созданий! Если Платантеры не будет, как же праздник без традиционного аромата?
– Вот именно, – покивал головой ворон.
– Позволь, но ведь сегодня… неужели всё равно едят?
– Сегодня в обычном смысле – не едят, но… Понимаешь, у их принцессы несчастная любовь, а по их суевериям Любкины клубни – отличное приворотное средство, и как раз нынешней ночью… В общем, наша Платантера в опасности, поскольку убежать от них она не может.
– Какая дремучая дикость и варварство! – воскликнул лис.
