– Кстати, мышей распугал не только я. Пробегал кто-то из серого народца.
– Атириумисты или Дриоптеристы?
– Да какая разница, – ответил Руфин, – они друг от друга отличаются как правая лапа от левой. Важно, что и от них толк бывает… даже если случайно.
– Я это приму к сведению, – задумчиво произнёс Фирмос.
Но том приятели и расстались.
Почти не спавшая прошлую ночь и набегавшаяся за день Евгения, наконец, не выдержала – силы сдали. Она бухнулась на диванчик и заснула мгновенно, как будто её выключили. Но и забытьё не принесло голове облегчения – дневная маята перекочевала и туда, в область сновидений – она продолжала искать сестру.
Приснилось, что идёт по густому лесу. Деревья огромные, просто великаны, а она среди них маленькая, словно Дюймовочка, и лес её будто не пускает. Вроде воздух обычный вокруг, а вязкий, как кисель, и передвигаться в нём трудно.
Она знает, что ей нужно туда, вон за те большие деревья, и скорее, скорее… А не получается. Она останавливается и пристально всматривается – что там, за теми деревьями. Видит, что там кто-то есть… Ах, да это же Саша! На ней тёмно-зелёные тренировочные штаны и голубая клетчатая рубашка. В руках – собачий поводок. За спиной её кто-то маячит, но не собака, нет… Зверь большой и тёмный, и не разобрать кто.
Евгения снова рванулась, чтобы подбежать к сестре, и опять – не пустило… Тогда она замахала руками и закричала:
– Ау! Я здесь! Иди сюда! Да скорее же!..
Саша головой покачала – нет, мол, не пойду. А сама стоит, улыбается.
– Беги! У тебя там за спиной кто-то! – надрывалась Женя и чувствовала, что звук тоже идёт, как сквозь вату, слова глушатся.
Но видно, до Саши они всё ж как-то долетали, потому что она наконец ответила, причём её-то голос прозвучал хоть и тихо, но будто она рядом стояла:
– Я хотела тебе сказать, чтоб ты не волновалась. У меня всё хорошо.
Но это почему-то совсем не успокоило Женю. Она в тревоге выкрикнула:
– Ты жива?!
– Ну конечно! Я ж говорю, всё нормально. И не обижайся на меня, ладно? Я не нарочно, так получилось… – И Саша повернулась, собираясь уходить.
– Не исчезай, ну пожалуйста! – взмолилась Женя. – Мы тебя все ищем! И «гномы» нам помогают… Ты где?!
Сестра обернулась и, вновь улыбнувшись, пообещала:
– Я завтра домой вернусь, не волнуйся ты! Я в лесу.
И ушла.
А лес задрожал и стал размываться на глазах. Деревья меняли контуры, ветви их, как толстые змеи, вытягивались и переплетались между собой.
Евгения рыдала, от плача её трясло. Проснулась она оттого, что кто-то легонько тряс за плечо. Это была Даша. Женя оторвала мокрое лицо от не менее сырой подушки и, выныривая из тяжёлого сна, выдохнула:
– Что?! Сашку нашли?
– Нет, – Даша смотрела на неё с тревогой. – Ты стонешь и кричишь. Нельзя на закате спать – мама всегда говорит.
– Да…
Силясь запомнить все детали своего сна, Евгения была здесь и не здесь. Она сосредоточенно накручивала на палец прядь волос, потом вскочила и быстро подошла к комоду, в котором лежали их с девочками вещи. Ящиков в комоде было четыре – как раз по одному на каждую. Женя выдвинула Сашин ящик и стала лихорадочно выбрасывать из него одежду.
– Ты что-то ищешь? – испуганно спросила Даша. Женя казалась ей немного странной.
– Ну да, – пробормотала та, – в чём Саша ушла?
– Она вроде тогда в красном платье ходила, – попыталась вспомнить Даша, – а вечером в джинсах…
– Нет, должны быть зелёные тренировочные и голубая рубашка.
– Почему? – не поняла Даша.
– Так…
Женя перетряхнула все Сашины вещи. Красное платье – вот оно… и джинсы. А вот зелёных тренировочных и голубой рубашки и впрямь не было.
Женя перевела дух. Даша неотрывно глядела на неё.
– Ну, что?!
– Ничего…
Размышляя – рассказывать, не рассказывать о том, что видела – Женя наконец решила: нет. Не говорить. Потому что, если не проболтаешься про сон, он сбудется. Она будет молчать, как немая, лишь бы Сашка и впрямь завтра вернулась. Неожиданно девочка почувствовала, что ей как будто стало чуть легче от принятого решения.
«Значит, оно правильное», – удовлетворённо подумала она.
Так. Надо детально вспомнить, что там во сне ещё было. Деревья… Ну и что? В лесу всегда деревья, на то он и лес. Что двигаться было трудно – так это часто во сне бывает. Ещё что? А вот что у Саши в руках было? Женя помнила, что что-то было, но что именно, вспомнить никак не могла. Почему-то это казалось важным. От напряжения она наморщила лоб, глядя в одну точку. Что же, что?!
Даше надоело сидеть рядом с молчавшей Женей. Она поёрзала и сказала просительно:
– Ну что мы тут всё сидим и сидим? Пойдём с Гердой погуляем, а? Пока светло.
– Пойдём, – механически ответила Женя, – поводок возьми.
Поводок! Она так и подскочила, как на пружине. Вот что было в руках у Саши! Но почему именно поводок? Что это значит? Женя брела вслед за Дашей и трусившей впереди Гердой и думала, думала… Но ничего, ровным счётом ничего хоть сколько-нибудь путного не приходило ей в голову. Эх, посоветоваться бы с ребятами… Но нельзя. Теперь она это почему-то точно знала.
