Имеется немало работников, которые считают, что законы писаны не для них. Возомнив, что им все позволено, такие работники превращают подведомственные им предприятия или учреждения в свою вотчину, где заводят свои «порядки», свою «дисциплину», отбрасывая прочь дисциплину государственную. Они не считаются с решениями партийных организаций, с мнением партийной массы. <…> Понятно, что партия не может мириться с таким барским, антипартийным представлением о дисциплине. Это зло надо также решительно выкорчевывать, так как оно подрывает партийную и государственную дисциплину и наносит тем самым серьезный ущерб интересам партии и государства[447].
Так же как и в предвоенные годы, следовать дисциплине значило выполнять план и исполнять государственные задания и обязательства: правильно использовать оборудование, экономно расходовать инструменты, сырье, материалы, топливо, электроэнергию, равномерно количественно и качественно выполнять планы, обеспечивать выпуск нужной государству продукции[448]. Кроме исполнения плана, дисциплина становилась чем-то большим, требовала от хозяйственников и советских служащих активной практической деятельности:
В социалистическом обществе государственная дисциплина означает не только безусловное выполнение государственных производственных планов по всем видам продукции, улучшение ее качества и снижение себестоимости. Государственная дисциплина в понимании советских людей означает и проявление инициативы, настойчивости в решении задач государственной важности, умелое использование инициативы и активности трудящихся масс, создание необходимых предпосылок для дальнейшего роста производства[449].
Виной нарушению дисциплины всегда становились «узковедомственные», а значит, и «антигосударственные позиции» хозяйственных руководителей[450]. Сохранять государственную дисциплину, не допускать процветания волокиты, канцелярщины и бесхозяйственности могли только хорошо подобранные кадры[451]. Другие же работники, вместо того чтобы «стоять на страже государственных интересов», «сами нарушают государственную дисциплину, проявляют ведомственный подход к решению общенародных задач»[452]. В «Правде» указывалось, что такие «горе-руководители в угоду местническим или узковедомственным интересам наносят иногда ущерб общегосударственным интересам»[453]. Эта риторика государственных интересов в среде советских и хозяйственных управленцев была актуализирована докладом секретаря ЦК ВКП(б) Н. С. Хрущева об изменениях в партийном уставе на XIX съезде партии, когда он заявил, что «еще не искоренена до конца антигосударственная практика, когда узковедомственные интересы ставятся выше интересов государства, интересов партии»[454]. В сталинском дискурсе кадры по-прежнему решали все[455].
