«Возвращались на рассвете от Цетлиных. Зелень, пахло тополями. Я и Зайцев фехтовались палками. Наташа побежала вперед вместе с Верой. С нами шел молчаливый бледный человек, восточного типа, с черными бакенбардами. Я ему сказал – с вами не страшно ходить по Москве, вас всякий испугается. Он спросил странным голосом: “Вы думаете?” Затем он спросил: “Вы понимаете толк в оружии?” И вытащил из-под бурки огромный кольт. Поговорили об оружии… Это был убийца Мирбаха».
7 июля, на следующий день после убийства Я. Г. Блюмкиным посла Германии, А. Н. Толстой сделал в дневнике очень интересную (по контрастности изображения) запись, запись художника:
«Вчера был убит Мирбах. Сегодня с утра орудийная стрельба. С Арбатской площади через каждые 3 минуты выстрел. Выглядывая в окно, напротив нас в садике две женщины и с ними девушка в розовом платье, с бантом на затылке. Она целует то одну, то другую женщину. Когда раздается выстрел, девушка встряхивает головой: они о чем-то беседуют, явно не касающемся революции. Потом девушка села в гамак, женщины ушли».
Чтения в гостях у знакомых – для души. Доход давали выступления в общественных местах – учебных заведениях, театрах, кафе, кабаре. 2 марта 1918 года И. А. Бунин записал в дневник:
«“Развратник, пьяница Распутин, злой гений России”. Конечно, хорош был мужичок. Ну, а вы-то, не вылезавшие из “Медведей” и “Бродячих Собак”?
Новая литературная низость, ниже которой падать, кажется, уже некуда: открылась в гнуснейшем кабаке какая-то “Музыкальная табакерка” – сидят спекулянты, шулера, публичные девки и лопают пирожки по сто целковых штука, пьют ханжу из чайников, а поэты и беллетристы (Алёшка Толстой, Брюсов и так далее) читают им свои и чужие произведения, выбирая наиболее похабные. Брюсов, говорят, читал “Гаврилиаду”, произнося всё, что заменено многоточиями, полностью. Алёшка осмелился предложить читать и мне, – большой гонорар, говорит, дадим».
Надо отметить, что А. Н. Толстой участвовал и в благотворительных мероприятиях – 24 и 31 марта, 26 апреля, 11 мая 1918 года писатель выступил в Московском университете на вечерах в пользу студентов-воинов, на концерте в пользу нуждающихся семей журналистов, на «Вечере писателей» в пользу фонда «Фельдшерского дома».
Обстановка в стране была очень сложной. Разгоралась гражданская война. Даже в стане большевиков, казалось бы приверженных партийной дисциплине, не было единства. Жак Садуль, атташе при Французской военной миссии в России, 18 марта 1918 года писал из Москвы в Париж:
