К а б а т ч и к. Кто этот Шандор Варга? Отец твоего ребенка?
Ю л и Ч е л е. Да. Мой жених. Раз в две недели пешком приходит из Хортилигета{103}. Он там работает. Как скопим деньжонок, то первым делом выведем клопов — уж очень он привередливый, — потом купим приличную кровать и поженимся.
И ш т в а н Х и р е ш. Вон Бела Шападт вам выведет.
Б е л а Ш а п а д т
И ш т в а н Х и р е ш
Б е л а Ш а п а д т. Умный ты, Иштван Хиреш. Одна фамилия чего стоит{105}, далеко пойдешь.
И ш т в а н Х и р е ш. Постараюсь. А уж если ничего не получится, подамся стены скоблить.
К а б а т ч и к. У Иштвана Хиреша одно на уме: заполучить Като Рейх, других желаний у него не бывает.
Ю л и Ч е л е. Еще бы! Охотно верю! Любой мужчина не прочь обнять Като. Да только не надейся, не выйдет, она сама влюблена.
К а б а т ч и к. Дядюшка Рейх пожаловал!
Д я д ю ш к а Р е й х
Б е л а Ш а п а д т. Скажи, дядюшка Рейх, где самая высокая колокольня на свете? Уж ты-то наверняка знаешь.
Д я д ю ш к а Р е й х
К а б а т ч и к. А не мог бы ты сказать, кто стянул копилку из синагоги на улице Надьфуварош?
Д я д ю ш к а Р е й х
К а б а т ч и к. Некрасиво? А на кладбище ты что поделываешь?
Д я д ю ш к а Р е й х
Ю л и Ч е л е. Скажи им, дядюшка Рейх, что ты мне достанешь работу! Что ты обещал!
Д я д ю ш к а Р е й х. Правда, истинная правда, и я — даю слово — испробую все. Не бойся, дитя мое! Господь защитит нас в наших невзгодах.
Я н и. Недотепа этот Бела Шападт. Вот уже год я помогаю ему в свободное время и понял, что вся его работа яйца выеденного не стоит. Работай я один, я бы делал все быстрее и красивее.
К а т о Р е й х
Я н и
К а т о Р е й х. Сначала выслушай меня, Яни. Я всегда ловлю каждое твое слово. Помнишь, в прошлом году ты как-то посмеялся, что волосы у меня пушистые, стоят копной. Я тогда всю ночь проревела, думала, остригусь наголо: пусть видит, как я его люблю. Но побоялась, что ты потом не станешь со мной разговаривать… Мы могли бы быть счастливы, Яни. Не знай я этого, не стала бы заводить разговора. И у нас был бы красивый ребенок…
Я н и. Не могу я жениться на еврейке. Я о них очень плохого мнения, их вообще любить невозможно. Ну, что ты на меня уставилась? Не я это придумал, это всем известно!
К а т о Р е й х