– Он никогда не должен был стать Королем.
И я сообщаю Грейс все, что выяснила о Кассиане, об Истинной Королеве и Лиаскай, а она дополняет мой рассказ слухами и легендами, которые ей известны. Что касается Кассиана, мы единодушно решили, что пора освободить Лиаскай. Вдруг Грейс вскакивает на ноги.
– Ты боишься? – беспокоюсь я. – Нельзя, чтобы кто-то заметил твой страх, слышишь?
Грейс убирает со лба волосы.
– Я боюсь одного: вдруг кто-нибудь заметит, что я не закончила уборку? Лучше потороплюсь… Ой, ты чего?
Если все дело в этом… Засучив рукава платья, я беру щетку и окунаю в ведро с мыльной водой.
В серых глазах Грейс искрится веселье:
– Разве Королева может мыть полы?
– Согласно королевским законам – нет, – отвечаю я. – Но сегодня это доставит мне непозволительно много удовольствия.
Через три дня Кассиан вернулся из своего путешествия. В сопровождении королевских воинов он заявился в мою спальню как к себе домой и снисходительно сообщил, что на следующий день мне предстоит прогулка в город.
– Звучит как приглашение, – спокойно замечаю я, собираясь пойти к рабочему столу, где лежит нож для вскрытия писем, – им можно разрезать не только конверты. Однако сторожевые псы Кассиана преграждают мне путь.
Сам Кассиан берет с прикроватной тумбочки книгу и пролистывает ее.
– Это не приглашение. Ты должна показаться народу, пока твое возвращение не обросло легендами. Люди встретят Королеву с ликованием? Или увидят, как я тащу тебя по улицам на цепи, словно маленькую беглую предательницу? Решай,
Язвительный ответ прямо вертится на языке. Нет, нельзя вестись на издевки Кассиана. Моя цель – добыть его кровь. Нужно терпеливо ждать подходящего случая и усыпить бдительность Кассиана. Кроме Лиаскай, меня ничего не волнует. Не хочу, чтобы пролилась кровь невинных людей. Однако именно это произойдет, если Кассиан исполнит свою угрозу или я не покажусь народу. Слухи распространяются быстро – и слух о моем возвращении тревожит людей, вызывает волнения.
– Говори что хочешь, но я считаю это приглашением. И я его принимаю.
На следующий день пронзительный восточный ветер кружит падающие с неба снежные хлопья, но несмотря на непогоду, мою поездку не отменили. Надо предстать перед людьми: пусть никто не сомневается, что я вернулась.
Открытый экипаж запряжен четверкой вороных лошадей – земля дрожит под мощными копытами этих величественных животных. Их шкуры поблескивают, будто лакированные, а волнистые гривы развеваются на ветру. Два кучера управляют экипажем, и я устраиваюсь прямо за ними на высоком сиденье – отсюда меня всем видно. Кассиан боится скорее не покушения, а того, что я сбегу: как только мы выезжаем через дворцовые ворота на главную улицу Рубии, экипаж окружают с десяток королевских воинов верхом на лошадях. Те, кто скачет впереди, несут реющие знамена с гербом Лиаскай: серебряный саблерог на темно-синем фоне.
К моему изумлению, Кассиан тоже едет верхом рядом с экипажем. Он одет в элегантный черный кожаный камзол, вооружен мечом, а на голове у него шляпа с пером – как мне объяснила Арманда, это отличительная черта стольника. Стараюсь не обращать на него внимания, потому что каждый его взгляд подогревает опасную ненависть, кипящую у меня в душе. Нельзя давать волю чувствам, ведь помимо Кассиана пострадают другие люди.
Я надеваю Тиару Стелларис впервые после своего побега. Поначалу корона внушала страх: еще свежи воспоминания о том ощущении, которое охватило меня в миг коронации. Однако теперь Лиаскай с Ночью стали моей неотъемлемой частью, и корона кажется простым украшением из необычного материала. Это не металл и не камень, но в любом случае ничего опасного.
Всю ночь я пролежала без сна, но не потому, что хотела защититься от кошмаров Лиама. Все думала, как вести себя с народом. Ни в коем случае нельзя использовать против него силу Лиаскай. Вдруг однажды этим людям придется сражаться за меня – сражаться и даже умирать. Надо быть уверенной, что они делают это по доброй воле, а не потому, что я принудила их магией. Ночью я решила, что буду сдержанно и невозмутимо сидеть в экипаже, глядя вперед или поверх голов.
