Вздохнув, я закрываю окно и признаю: все это целиком и полностью результат моих же поступков. Не следовало играться в свободную и независимую, наживая себе опасных врагов. И вообще, если смотреть на ситуацию в целом, я еще легко отделалась. Отец не налагает никаких домашних арестов, хотя мог бы. Также он не вводит никаких правил и запретов, да и не пытается уговорить меня никогда больше не сбегать из дома по ночам. Полагаю, вся его сдержанность и снисходительность – результат влияния Шарлотты.
Так или иначе, папа остается на моей стороне, выдвинув всего одно условие. Суть его предельно проста.
Я не должна ни на шаг отступать от Айдена.
Время проносится мимо меня грохочущим скоростным поездом. Стагнируя в апатии, не успеваю следить за днями недели. Когда я осознаю, что с момента драки с друзьями Нейтана успевает пройти месяц, по спине пробегают мурашки. В растерянности смотрю на календарь, пробегаясь взглядом по числам, обозначающим вычеркнутые из моей жизни дни. Впервые ощущаю это так остро.
Повернувшись к рабочему столу, я скольжу взглядом по небольшой темной коробочке. Какое-то время назад отец вернулся домой вместе с Шарлоттой, пригласив ее поужинать с нами. Я помню, как она передала этот подарок, посчитав, что не помешает капелька положительных эмоций. Подарок я так и не открыла. Не знаю, почему оттягиваю момент распечатывания коробочки даже сейчас, придя в относительную норму. Для некоторых вещей нужны особенные моменты – и я такого пока не испытываю.
За это время успеваю неплохо сблизиться с Сэм. Мы часто общаемся в Сети, и с каждым разом количество тем для наших разговоров стремительно расширяется, однако я все еще испытываю долю неловкости. На фоне яркой, излучаемой девушкой энергией я до сих пор кажусь бледным асоциальным призраком, и это разительное отличие никак не дает мне покоя. Создается стойкое ощущение, что я изначально
Однако Сэм является тем самым человеком, с которого я стараюсь брать пример коммуникации с людьми. Когда она с энтузиазмом рассказывает, что мною заинтересован тот самый парень из бара – кажется, его звали Уильям, – я даже набираюсь достаточно смелости, чтобы добавить его в список друзей. Саму новость я воспринимаю с кислой улыбкой, и лишь благодаря крепкой поддержке совершаю несколько попыток завести переписку с Уильямом. Но всякий раз юноша пропадает из Сети. Сэм горячо заверяет меня, что он просто не любит общаться онлайн и ждет живой встречи, ну или попросту стесняется. В последнее я верю слабо, но, если говорить откровенно, мне плевать на этого парня.
Еще через несколько дней мне наконец снимают корсет. Под внимательным и мягким взглядом доктора Осмонд с опаской делаю первый глубокий вдох без привычной поддержки. К счастью, ребра срослись правильно, а тело получает долгожданную и полную свободу движений. Постепенно я возвращаюсь к привычному дыханию – не при помощи брюшной полости, как привыкла за этот месяц. Хочется надеяться, что и моральное состояние вернется в норму как-то само собой.
Одним поздним вечером я бесцельно брожу по дому. Его территория мне знакома, чего не скажешь о моем разуме. Бредя по давно изученным коридорам особняка, я неуверенно, но упрямо охватываю территорию и своего рассудка.
Ноги приводят меня в коридор, в котором сталкиваюсь с Айденом. Телохранитель приветствует меня молчаливым кивком, пока я задумчиво разглядываю его лицо, пытаясь понять выражение глаз. Бесполезно, здесь слишком темно – вижу лишь силуэт телохранителя. Айден стоит, будто ожидая приказа, хотя до этого наверняка куда-то направлялся. На нем излюбленная форма, а значит, он еще не ложился.
– Сколько сейчас времени? – задумчиво спрашиваю я.
Айден кидает взгляд на электронные наручные часы. Их слабый голубоватый свет падает на его непроницаемое лицо.
– Почти полночь.
Медлю, не зная, точно ли стоит прислушиваться к своей глупой идее. И тут же испытываю прилив злости на саму себя за эти сомнения и быстро произношу:
– Отлично. Самое время для тренировки. Ты же не занят?
– Не думаю, что это безопасно. Тебе только недавно сняли корсет и…
– Я хочу научиться давать достойный отпор, – тихо произношу я. – Хочу научиться так, чтобы при случае выстоять против четверых.
– В мою работу входит недопущение такого случая впредь.
От тяжелого взгляда телохранитель замолкает. Вероятно, он прекрасно понимает, о чем я говорю. Тяжел ли груз воспоминаний о том дне для него так же, как для меня? Так или иначе, Айден меня понимает.
– Так ты свободен?
Он коротко кивает и добавляет так же сдержанно:
– У меня нет других важных дел, кроме тебя.
Это прозвучало бы даже романтично, если опустить тот факт, что я – не более, чем весьма прибыльная работа, а сейчас вовсе заставляю Айдена брать сверхурочную.
