Созвездие для Шелл полностью

Я насильно отгоняю воспоминания о нашей последней живой встрече в ангаре «Бутман & Со». Судя по тому, как взгляд Питера мечется из стороны в сторону, он думает примерно о том же. Забавно, но наш разговор уже заходит в тупик.

– С тобой все нормально? – уточняю я без особой надежды на честный ответ.

Питер поспешно кивает, сразу несколько раз, и нервно посмеивается:

– Да что со мной будет. Лучше расскажи, как ты?

Но мы оба прекрасно понимаем, что Пит просто тянет время. Я в упор смотрю на друга и ловлю его беглый, наполненный противоречивыми эмоциями взгляд.

– Что за чертовщина происходит с тобой в последнее время? – решаю спросить сразу, в лоб.

Питер нервно вздыхает и прячет руки в огромный сквозной карман толстовки. Я наблюдаю за каждым его движением и с легким удивлением подмечаю, как же сильно на меня влияет Айден, раз начинаю сканировать людей так же, как он. Что ж, не самое бесполезное умение. Сейчас я уверена: Пит очень сильно нервничает. Он не хочет мне врать, но и правду говорить не торопится.

– Ничего такого, – Питер почесывает затылок сквозь капюшон толстовки, – за что можно было бы волноваться.

Полуправда вместо вранья. Неплохо.

– Получается, ты теперь в компашке Нейтана Пирса.

Я не спрашиваю, а просто констатирую факт. И, к моему ужасу, Питер не собирается опровергать мое жуткое заявление. Он лишь болезненно морщится, будто бы проглотил что-то кислое.

– Я просто не понимаю тебя.

– Я могу… – начинает Питер, но я перебиваю его, подняв голову:

– Он же травил тебя еще с поступления в университет. И ты мало того, что спускал уроду все с рук, так теперь еще и… какого черта, Пит? – Я в отчаянии смотрю ему в глаза в поисках ответов. – Даже если у тебя какие-то свои взгляды на Пирса, почему при этом ты отдалился от меня?

– Нейтан, он просто… – мямлит Питер, избегая моего взгляда, а потом тяжело вздыхает: – Он единственный, кто может понять меня сейчас.

– Серьезно?! – Мое негодование настолько сильно, что я даже давлюсь воздухом на вдохе.

– Все не так, как может показаться, Шелл. Я не могу сейчас все объяснить…

Питер выглядит виноватым. Точнее сказать, разбитым и измотанным каким-то неведомым грузом. Интересно, с каких это пор Пит решил, что я смогу спокойно жить, зная, что с ним творится что-то неладное?

– И ты хочешь, чтобы я просто оставила тебя в покое.

Снова утверждение вместо вопроса. Я слишком хорошо знаю Питера, чтобы спрашивать очевидное.

– Да, – тихо отзывается Пит. – Так будет лучше всего.

Вот только почему-то мне больно почти физически.

– Ты бросаешь нашу команду?

«Бросаешь меня?» – хочется добавить, но вслух я так ничего и не произношу. Питер прекрасно понимает, на какой вопрос ему предстоит дать ответ, со всеми его подпунктами, написанными мелким шрифтом. Именно поэтому Пит молчит, опустив голову и устремив взгляд куда-то в землю. Это молчание говорит за Питера куда больше, чем любой его невнятный ответ.

– Я поняла.

Сложив руки на груди, я пытаюсь сесть обратно на капот машины, но слишком поздно вспоминаю, что до нее порядка двух шагов. Не успев толком испугаться падения, слышу позади тихий рокот двигателя – Айден слегка дает газ, сокращая это расстояние и позволяя мне опуститься не на асфальт, а все-таки на капот.

Глупая и абсолютно неуместная в этот момент улыбка пытается растянуться на моих губах. Я подавляю ее, как могу, возвращая себя к разговору с Питером. От одного взгляда на то, как он боязливо озирается по сторонам, улыбаться мне уже совсем не хочется.

– Тебя кто-то преследует? – тихо спрашиваю я, внутренне холодея.

Весь этот разговор – допрос в лоб. Стоило бы избрать другую тактику в общении с настолько морально загнанным человеком, но собственные эмоции мешают моей осторожности.

– Нет, – сглатывает Питер. – Прости, Шелл, но мне пора. Мне правда жаль.

– Нейтан Пирс настолько эгоистичный придурок, что теперь запрещает тебе общаться со мной? – выпаливаю прежде, чем успеваю как следует обдумать вопрос.

Клянусь, в это мгновение я сильно надеюсь на удивление или замешательство, которые была бы рада увидеть в глазах Питера. Увидеть его возмущенную усмешку, услышать что-то вроде: «Что ты несешь?», но вместо этого Пит лишь мучительно морщится.

– Нет. – Он впервые за весь разговор поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза. – Я запрещаю себе сам. По собственной воле.

Что-то с треском надрывается в моей груди. Холодок сковывает затылок, слова Питера вгоняют меня в тихий ужас.

– Я не понимаю, – выдыхаю еле слышно. – Почему?..

Прежде чем успеваю закончить вопрос, Пит уже разворачивается и собирается уйти. Хватаю его за руку чуть выше запястья, пытаясь удержать, но Питер вдруг дергается, будто ошпаренный, и шипит от боли. Он одергивает руку настолько грубо и резко, освобождаясь от меня, что я застываю на месте. Рукав его толстовки слегка поднимается. Все его предплечье покрыто темным, почти черным синяком.