Я пошла на историю, хотя урок уже был на середине. Никто, включая учителя, не посмотрел на меня, когда я вошла в класс и села на галерке. Я даже не стала открывать учебник или что-то записывать. Когда прозвенел звонок, я поплелась в кабинет естественных наук. Этого урока я страшилась весь день: его посещали и Кассандра с Мари. Я боялась встретиться с ними, боялась, что навсегда разрушила нашу дружбу.
Я вошла в класс и сразу же юркнула за парту, как трусиха. Я потупила взгляд и продолжала смотреть в пол, даже когда вокруг меня поднялись шепотки.
– Поверить не могу, что она вернулась, – сказал кто-то.
– Мерзость какая, – ответил кто-то еще. – Представляешь, что с ней там делали?
Другой ученик – парень – рассмеялся.
Я достала ручку и с силой воткнула ее в парту. Ничего не рисовала, просто сидела и давила ею в одну и ту же точку. Как будто могла проткнуть стол насквозь, если бы приложила достаточно сил.
– Селеста?
Я подняла взгляд. Мари стояла передо мной со сложенными ладонями, словно собиралась помолиться – или взмолиться. Рядом с ней была Кассандра.
– Привет, девчонки, – прошептала я. – В общем, простите. За то, что я дома тогда сказала.
– Забудь, – быстро произнесла Мари. – Мы знаем, что тебе нелегко.
– И мы считаем, что вернуться в школу – это очень смело с твоей стороны, – добавила Кассандра.
Я улыбнулась, борясь со слезами, которые подступили к глазам от такой неожиданной доброты.
– Я хочу получить аттестат.
Мари положила руку мне на плечо.
– Правда, Селеста. Хорошо, что ты здесь.
Я хотела сказать еще что-нибудь, может, сболтнуть, как я рада, что они меня не возненавидели, но тут прозвенел звонок, возвестивший начало урока. Мои подруги вернулись на свои места, и впервые за тот день я сумела вслушаться в лекцию. После нее Мари и Кассандра дождались меня, и мы, как и раньше, болтались вместе по коридорам в ожидании следующих уроков.
Все оставшееся утро я перемещалась из класса в класс. Большинство учителей обращались со мной так, словно я и не исчезала, что устраивало меня куда больше, чем когда кто-нибудь отмечал мое возвращение. К обеду я почувствовала себя увереннее. Я достала принесенный из дома перекус и пошла к столу, за которым уже ели Мари и Кассандра.
– Ой, ты с нами сядешь? – спросила Кассандра, когда я опустилась на стул рядом с ней.
Я огляделась. За этот стол могли усесться четверо, нас же было трое.
– Просто с нами иногда обедают Джона и Энн, – сказала Мари. Ее лицо залила краска.
– Вы не хотите сидеть со мной за одним столом?
– Дело не в этом, – сказала Кассандра, но и она избегала моего взгляда. – Пододвинем еще стул, когда они придут.
– Для пятерых этот стол маловат. – Я сунула сэндвич обратно в сумку. – Я пойду.
– Селеста, останься, – настаивала Мари. – К тому же так будет недолго. – Она взглянула на Кассандру. – Кэсси скоро нас покинет.
Я замерла.
– В каком смысле?
– Я поступила в «Лорел Хэйвен», – сказала Кассандра. – Со следующей четверти буду учиться там.
– В той снобской частной школе на другом конце города? Тебе же форму придется носить.
– Пора взяться за ум, если я хочу поступить в медицинский. Мне нужна школа, которая будет впечатляюще смотреться в личном деле, а не та, у которой сомнительная репутация.
– Сомнительная репутация, – медленно повторила я.
– Все сложно, – продолжала Кассандра. – Подумай об этом с позиции приемной комиссии университета. За короткий срок похитили двух девушек из одной и той же школы – выглядит так себе. Прости, но так и есть. – Она наклонилась ко мне и накрыла мою ладонь своей. – Ничего личного, Селеста.
Я отдернула руку:
– Простите, что причиняю вам столько неудобств.
Стул взвизгнул, когда я отодвинула его от стола. Я торопливо зашагала к выходу из кафетерия. Я уже почти достигла его, как вдруг какой-то незнакомый парень схватил меня за запястье.
– Расслабься, – сказал он, когда я попыталась вывернуться. – Я просто хочу взглянуть на тебя поближе.
– Пусти. – Я вырывалась изо всех сил, но хватка его была крепкой.
– Я же все равно у тебя не первый, – добавил он. И рванул меня к себе, схватив меня за бока, как в танце. Одна рука поползла вверх, остановившись под моей левой грудью. Он крепко прижал ладонь, вроде бы не щупая и не лапая, но отчетливо демонстрируя мне, что вполне на это способен. Жест собственника, возможно, даже угроза.
Он быстро убрал руку, но я все еще ощущала ее присутствие на своем теле. Ошеломленная, я стояла перед ним еще секунду. Не могла сделать вдох. В процессе борьбы я уронила свой обед, и он, растоптанный, валялся у меня под ногами. Весь столик рядом с ним – трое парней, одна девушка – покатился со смеху.
– Зачем ты вообще до нее дотронулся? – сказала девушка. – Небось подцепил что-нибудь.
Я развернулась и выбежала из кафетерия. В голове не было ни одной мысли – я просто спасалась бегством, а потому изрядно удивилась, обнаружив себя перед кабинетом директора. Я ворвалась туда, задыхаясь, и нашла мистера Рэдшоу попивающим кофе. Он осторожно отставил его, когда я возникла в дверях, словно ждал этого момента.
