Созвездия тел полностью

– Пока ничего, но я видела ее лицо. – Она умолкла и с усилием втянула воздух. – Джулия не пошла бы за Майлсом, если бы не увидела что-то плохое.

Я была в замешательстве.

– Что именно?

Она приподняла левую руку и задрала рукав.

– Вот, – сказала она, указывая на отметины возле локтя. – Видимо, что-то здесь.

Я осторожно прикоснулась к ее руке и провела пальцами по отметинам. Но увидела лишь невнятное указание на болезнь, что-то вроде затяжной простуды.

– Не понимаю.

В дверях возникла Джулия, следом за ней вошел Майлс.

– Посмотри, – сказала она ему, указывая на руку девушки. – Пожалуйста, скажи, что я ошиблась.

Майлс прижал пальцы к локтю девушки. Спустя секунду его лицо сложилось в скорбную гримасу.

– Да, – просто сказал он. Девушка вцепилась в свою больничную сорочку и зарыдала громче.

Джулия сделала глубокий вдох.

– Постарайся успокоиться, – сказала она. – Подумай о девушках, которые сидят за дверью. Ты же не хочешь их напугать, правда?

Девушка покачала головой, а слезы все катились по ее лицу.

– Что происходит? – спросила я.

Глаза брата метались по комнате, стараясь не встречаться с моими.

– Дело в ее отметинах. Ее похитят, когда она вступит в превращение.

– Отметины не сообщают таких подробностей. Быть такого не может.

– Может, – только и ответил он. – Я научился это видеть. Я могу определить, грозит ли девушке похищение.

В ушах у меня зашумело – словно рядом гремел водопад, или поезд, или еще что-то неудержимое.

– У меня ты такого не увидел, – сказала я.

Когда Майлс наконец повернулся ко мне, вид у него был оцепенелый, ресницы были влажными от слез. Его глаза сами по себе превратились в миры, в порталы к горю и лжи, к тайнам, которые мы хранили, к будущему, которое мы разрушили.

– В том-то и проблема, – сказал он, – что я тебе так об этом и не сказал. Я скрывал это, чтобы тебя защитить.

– Майлс, прекрати. Быть такого не может.

– Может. Я знал, что тебе суждено было быть похищенной. – Зрачки у него были огромные, казалось, что они вот-вот поглотят и его, и меня вместе с ним. – Я не говорил тебе, но знал об этом давным-давно.

Майлс называл свою способность даром. Он говорил, что, закрыв глаза, видит предсказание в виде вспышек цвета. Три сполоха, все три красные. В таком случае он повторял попытку, дабы убедиться, что девушку ждет похищение.

В моем случае все было так же.

Мы оставили Джулию наедине с обреченной девушкой и закрылись в гостевой комнате. Мы сели на кровать рядом друг с другом, и матрас прогнулся под нашим общим весом – нас сблизила тяжесть.

– Не могу в это поверить. Не могу и не буду. – Я подалась вперед, облокотившись на бедра. Меня просто трясло от злости.

– Впервые я заметил нечто странное в твоих отметинах, когда мы еще были детьми, но тогда я не понял, что это значит, – сказал Майлс. – Позже я увидел похожее скопление на руке у Дейрдре, и когда она пропала, я начал подозревать, что это было настоящее предсказание.

– Если бы ты тогда сказал хоть что-то, – упрекнула я его, – то, я бы, возможно, спаслась.

– Я надеялся, что ошибаюсь. Я никак не мог подтвердить свою догадку, и никаких убедительных доказательств в пользу этой теории у меня не было.

Сердце гремело внутри, меня подмывало сбежать. Но бежать было некуда – негде было скрыться от того, что только что поведал мой брат.

– Когда пропала Дейрдре, я рассказал об этом Джулии, – все говорил он. – Она не поверила, тем более что у этой комбинации нет стандартного вида. Эта комбинация варьируется, бывает противоречивой, и ее истолкование частично основывается на осязании. Она решила, что это совпадение. – Он пристыженно отвел взгляд. – Я вел себя как дурак. Столько ошибок наделал.

Я глубоко вздохнула, пытаясь воскресить в памяти детство в свете всей этой информации. Я вспомнила, как Майлс оттягивает мне рукав, чтобы посмотреть на отметины, его руки, блуждающие по моему левому локтю, – и с каким откровенным нетерпением он предвкушал мое превращение.