Перед глазами все дрогнуло, и на периферии замерцали белые точки.
Забавно, Ника чувствовала легкий шок, но не испуг. Почему так? Кевин нашел ее. Почему она не боялась?
Наверное, потому что желала смерти. Это лучше, чем жизнь посреди кошмара наяву.
Прошлой ночью Кевин находился достаточно близко, чтобы засунуть письмо ей в сумочку. Или попросить кого-то другого сделать это.
Нике никогда от него не избавиться, верно?
Она подняла глаза и несколько раз моргнула.
— Что?
— Что это, черт подери?!
— Ничего, — ответила она, чувствуя, как в горле пересохло. Сунув салфетку в сумку, Ника потянулась к двери. Мощное тело не сдвинулось ни на дюйм. — Я в порядке. Пусти.
— Покажи, что написано на салфетке.
— Это тебя не касается. А теперь, прошу меня извинить...
— Покажи. Мне, — прорычал он, явно не слушая.
Ника запрокинула голову и сузила глаза.
— Это не твое дело, Винсент. Я ясно выразилась? А теперь уйди с дороги.
Его взгляд переместился с ее лица на сумку. Поняв его намерения, она отступила, но рука уже метнулась вперед. Увернувшись, Ника вместе с сумкой попыталась протолкнуться мимо. У нее получилось. Добравшись до двери, Ника решила, что если открыть ее, то получится убежать. Но эту возможность тоже украли, удивительно нежно, но уверенно схватив за руку. Она ахнула, когда ее спиной прижали к двери. Винсент удерживал ее на месте, прижимаясь всем телом.
— Отвали! — рявкнула она, наконец, почувствовав хоть что-то — возмущение.
И оттолкнула его. Точнее попыталась.
— Отдай мне салфетку.
Его глубокий голос чувствовался грудью, где были прижаты их тела, но Ника ничего кроме вибрации не ощутила.
— Нет. Тебе не на что там смотреть. А теперь отстань от меня и дай уйти. Если бы мне хотелось играть в эту игру, я бы осталась в Сиэтле с Кевином.
Винсент шокировано втянул воздух и тут же отступил, но сначала выхватил у нее сумку. Так быстро, что Ника ничего не успела сделать. Несмотря на крепкую хватку девушки, он снял ремень через ее голову и порылся в поисках мятой салфетки.
— Это мое!
Винсент не обращал на нее внимания, вернув ей сумку, и отошел, чтобы прочитать записку.
***
Винсент с трудом дышал, не в силах изгнать из мыслей холод в ее глазах. Выражение прекрасного лица, когда намекнул, что Ника его не достаточно возбуждает, отпечаталось в памяти.
Какая жестокая ложь! Если бы эта чертова женщина завела его еще больше, Винсента пришлось бы сажать на цепь, чтобы он не добрался до нее.
Да, Ника ему поверила. Поверила, что нежеланна. Как такое возможно? Неужели она не видит свое отражение в зеркале? Как такое можно подумать после того, что между ними сейчас произошло? Неужели не понятно, что он в ее власти? Что Винсент держит дистанцию ради ее защиты, а не чтобы причинить боль?
Боже, этот экстаз на лице, когда она кончила. Для него!
Но Винсент должен был позволить ей поверить в эту грязную ложь. Потому что когда Ника так красиво кончала в его объятиях, он без тени сомнения понимал, что если возьмет ее, займется любовью и заявит свои права, то никогда,
Чувствуя тошноту, он отошел и
посмотрел на записку, от которой Ника прямо на глазах превратилась в привидение. Увиденное заставило задрожать от ярости.
Ноллан нашел ее! Этот ублюдок так близко подобрался к ней!
Почему она не испугалась, когда прочитала записку? Лишь побледнела и все. Почему не выглядела встревоженной или напуганной, какой стала бы любая женщина, прочитай она что-то настолько возмутительное?
Потому что жила так почти год. Ей говорили подобное несчетное количество раз.
Телефон Винсента завибрировал и он вытащил его из кармана, чтобы просмотреть сообщение от Лоренцо. Как, черт подери, парень раздобыл его номер?
Номер пять найдена этим утром. Астория. Повреждений на теле стало больше. Вмешались ФБР. Держи ухо востро.