— Я тебя больше никогда не оставлю, — пообещала она. — Я просто немного испугалась. Я никогда бы тебя не бросила. Давай же, вернись ко мне. К нам. Мы ведь все бились за тебя. Ты — Ривер Вейл, «Рорташевский Тигр», как и все мы. Что бы ни случилось. Мы справимся с этим все вместе.
Нависая над нею, дракон постепенно опускал голову все ниже. Медленно, слово за словом, шаг за шагом, Лорен приближалась к нему, протягивая руку. Коснулась окровавленной морды, чувствуя гладкие, будто отполированные чешуйки. Дракон шумно дышал, глядя на нее темным синим взглядом — знакомым, но будто вывернутым наизнанку.
— … без тебя нет и меня, Рив, — тихо, только ему сообщила Лорен самую важную сокровенную вещь, не сводя с него глаз. Коснулась морды второй рукой, бережно огладила.
Дракон подался вперед, позволяя ее ладоням скользить по нему. Раздался треск, шорох, серебристый звон, голубоватая дымка. Дракон дернулся, отпрянул. Его тело мелко задрожало, хрустнуло, корчились, уменьшаясь, втягивались крылья и хвост. Он стискивал клыки, жмурил единственный глаз, пока морда изменялась. Ломались и заново отрастали кости. Человеческие.
Обнаженный Ривер, лишенный левого глаза, истекающий кровью от многочисленных ран, покачнулся, обессиленный. Лорен подскочила к нему, обняла, прижала к себе дрожащими руками. Горячего, мокрого от крови и пота. Его трясло, он дышал со всхлипами, уткнувшись в ее шею. Ноги его не держали, и вконец обессилевшая Лорен медленно, словно обваливающееся здание, осела вместе с ним на землю, продолжая крепко обнимать.
— Все в порядке, в порядке, — бессвязно шептала она, неохотно отстраняясь. Содрала с себя верхнюю рубашку, оставшись в одних тугих бинтах, которыми перевязывала грудь, разорвала пополам. Большей половиной стянула широкую рану на спине. Меньшей осторожно промокнула страшный порез на лице. Левому глазу пришел конец.
Ривер стискивал зубы и смотрел на нее, словно видел впервые. Лорен, как смогла, вытерла кровь на его лице, осторожно придерживая за затылок. Прижала испачканную тряпицу к ране на груди. Сколько на нем кровоточащих царапин и ран, опухающих ушибов… Где носит треклятых целителей?!
— Рен, — он слабо коснулся ее руки. — Я… я не хотел этого, если бы я знал, я… Что я натворил?..
Ривер в отчаянии огляделся. Его лицо исказилось. Он опустил руку, попытался отодвинуться, но Лорен крепко сжала его плечо, стараясь не растревожить раны.
— Ты защищал меня и наш город. Даже будучи драконом ты оставался верен себе и старался помочь людям, но стражи решили, что ты угроза пострашнее. Пришлось немного попотеть, чтобы не дать им убить тебя.
Лорен скользнула рукой ниже, переплела их пальцы. Подалась вперед и едва ощутимо коснулась его губ своими, стараясь вложить во взгляд как можно больше ободрения и уверенности. Прошептала, напомнила ему кое-что важное, что он обязательно должен был услышать.
Слышались крики, звуки шагов. К ним приближались, чтобы разлучить. Мало было спасти Ривера от гибели — впереди его поджидало нечто похуже. Его скуют кандалами и посадят в темницу. Его будут судить — если он доживет до суда. Его обвинят в разрушении города, в гибели горожан, его приговорят к казни или пожизненному заключению — и долго ли он продержится под гнетом всеобщего страха, который превратится в ненависть?
И чем она могла помочь, лишенная магии, лишенная сил?..
За спиной раздались шаги, Ривер дернулся, но был слишком слаб, чтобы что-то сделать. Лорен не успела среагировать — удар по затылку выбил ее из сознания. Последнее, что она помнила, испуганное лицо Ривера, его крик.
Лорен очнулась в бабулиной постели у себя дома. Она рассеянно разглядывала мутный светлый потолок, мерно дышала теплым воздухом, вслушиваясь в треск горящих поленьев в очаге. Шевельнула пальцами, поднесла руку ближе к лицу, щурясь, всмотрелась в тонкую сухую кожу, испещренную зеленоватыми прожилками.
Где она? Почему она чувствует себя такой слабой?
Лорен задержала дыхание, попыталась рывком сесть, но ничего не вышло. Кое-как оперевшись на непослушные руки, она подтащила себя повыше, одновременно задирая лопатками подушку. Это действие далось ей нелегко, зато получилось, наконец-то, сесть.
Лорен обвела взглядом гостиную. Дом был цел и ничуть не пострадал — хоть какая-то польза от того, что он был расположен в самом конце Клоповника, далеко от центра города, где произошла основная битва.
Лорен с расстановкой вспомнила последние события, поморщилась, схватившись за голову.
— Сестра! — вскричала Элиен у порога, едва не уронив охапку дров, которую несла перед собой.
Она торопливо скинула сапожки, швырнула дрова к очагу и, раздеваясь на ходу и скидывая плащ прямо на пол, бросилась к Лорен, крепко ее обняла.
— Я так боялась за тебя! Целитель сказал, что магия покинула тебя, и твои волосы! О, твои волосы!
Элиен разрыдалась так, что у Лорен защемило сердце. Она погладила сестренку по золотистым локонам, судорожно вздымающей спине.
Что там было с волосами было совершенно плевать, тем более, если это единственная вещь, из-за которой причитала Элиен.