– Есть, – ответил колдун. – Не всем бастардам везет. Люк же был признан… И судя по всему, к нему относились, как к принцу.
Мне стало ясно, что брат короля любил свою «сердечную подругу» и своего сына. Как грустно, что все оборвалось из-за нелепой случайности.
– Но как так получилось, что орден…
Я хотела спросить: «как так получилось, что орден принял к себе бастарда?», но прочла предостережение в глазах Йотуна.
Тут было о чем поразмыслить. Зачем Аму Вайо понадобился маг королевской крови, если они пристально следят, чтобы монарх ни в коем случае не обладал искрой? Нужен ли им был Люк в качестве заложника для торга или же… они были заинтересованы в сохранении «породы»? Но нет, эта идея была совершенно безумной. Невероятной. Невозможной.
Но раз о таком нельзя было спрашивать, то я сказала:
– Из твоего ордена Люк угодил прямиком к людям.
Строго говоря, вопросом это не было, но он подразумевался.
– Его похитили, – небрежно сказал Йотун, как будто речь шла о самом скучном деле, которое только можно было вообразить.
– Кто?
Я была потрясена. И, признаться, меня охватило самое низменное любопытство. Я подалась вперед, забыв о еде.
– В любом случае, ее план не удался. Люка должны были увезти в тайную крепость, но… как ты понимаешь, Аму Вайо были не в восторге от того, что у них что-то забрали. На злоумышленников напали члены ордена, но, по какой-то невероятной случайности, Люк смог сбежать и выйти из туманов к людям. В Миравингии ему снова сопутствовала удача, когда его обнаружили, то просто крепко поколотили и передали вашим магам.
Насчет везения – весьма спорное утверждение. Но я обратила внимание на две детали. Первая из них – слишком уж необычная осведомленность о том, что случилось, когда Люка нашли люди. Конечно, он мог всего лишь приукрасить свой рассказ, добавив ему живости, или узнать об этом от самого Люка. Но почему-то складывалось впечатление, что Йотун был свидетелем тех событий.
Вторая деталь, тролль сказал: «ее план». Кого он имел в виду? Уж не мать ли Люка? Бедную женщину лишили всякого влияния, она была незначительной фигурой… Хотя… Если подумать… такой ли уж незначительной?
– Отец Люка не был женат? – спросила я.
Йотун усмехнулся и кивнул.
– Хороший вопрос. Поговаривали, что он тайно женился на Гусиной принцессе. Это произошло уже после рождения Люка, но тем не менее. Я лично склонен считать, что брак все-таки был заключен. А это, поверь, весьма серьезный аргумент.
За столом повисло многозначительное молчание.
– То есть ты хочешь сказать, если бы с вашим королем… м-м-м… что-то случилось, то Люк мог бы… Серьезно? Даже при наличии магии?
Ответом мне было весьма многозначительное пожатие плеч и хитрый взгляд:
– Скажем так, он мог бы способствовать сохранению династии. Мог бы занять весьма высокое положение при дворе. Однако бастард не перестанет быть бастардом. У них всех есть весьма неприятная черта.
– Какая же?
– Вечно пытаются присвоить себе то, что им не принадлежит.
Я почувствовала, как к щекам приливает краска.
– Ты говоришь о положении Тени? – спросила я.
– Не только. – Йотун выпил еще вина.
Намек был весьма откровенный.
Сердце вздрогнуло. Я расправила несуществующий залом на скатерти.
– И что же тебя беспокоит больше – его возможное желание забрать твою собственность или же… тебя заботит, что собственность может…
У меня не получилось сохранить равнодушный тон, в горле как будто встал ком.
В тот момент я почувствовала себя оскорбленной, хотя, по большому счету, подозрения Йотуна были небезосновательны. Люк действительно предложил мне побег. И более того, я попыталась убедить Тень короля в том, что могу решиться на такой шаг. Правда, мои намерения были благими, но все же.
– Мальта… – Йотун тяжело вздохнул.
– Для чего тогда ты мне рассказал все это, раз не доверяешь? Хочешь посмотреть, возникнет ли у меня искушение пересказать наш разговор Люку? Или, наоборот, на это рассчитываешь? Забавно будет позлить его? Пусть знает, что мог бы получить место у трона с гораздо меньшей жертвой. Так?
– А оно возникнет? Искушение? – живо поинтересовался колдун.
Он был невыносим.
Я вздохнула, подавив желание ответить колко.
– Нет.
И тут я была честна с ним, не собираясь откровенничать с Люком.
– Приятно это знать, – Йотун усмехнулся, но потом стал серьезен. – Я рад, что ты пришла ко мне с тем артефактом. Ты правильно поступила.
Он довольно долго собирался с мыслями.
– Возможно, я был несколько скор в своих суждениях.
Закончили мы обед на довольно приятной ноте.
– Мне нужно отправиться в орден сегодня, – сказал Йотун, вставая. – Отдыхай, не жди меня.
Проходя, он ласково коснулся моей щеки.
– И, Мальта, – в дверях он обернулся, – дерзость – это оружие от монотонности жизни.
Он похвалил меня, но одновременно указал, что мое поведение было нахальным? Или мои вопросы?
Как всегда, тролль дал мне пищу для размышлений.
Позднее я поняла, что Йотун так и не ответил на первоначальный вопрос: зачем помог Люку, почему не проигнорировал его просьбу о помощи? А также умолчал о подробностях их дружбы. Он предпочел раскрыть мне несколько чужих секретов, но сохранить свой.
