— Нет, так оставить его нельзя, — возразила Мария. — Надо его задержать. Видал — с ним офицер гестапо был, а это неспроста. Ради прогулки в такую пору никому не взбредет в голову ехать в деревню.
— Но у нас важное и срочное задание командира бригады! — не соглашался Заяц.
— Все это так, но нельзя же врага упускать из рук! — настаивала Мария. — А в том, что это враг, я не сомневаюсь.
— А если он начнет отстреливаться?
— Постараемся взять без шума, — решительно сказала Мария. — Пошли за ним!
Приготовив пистолеты, они выбежали на дорогу, но подозрительного человека уже нигде не было.
— Ускользнул, проклятый! И все из-за твоей нерешительности! — рассердилась Мария.
— Не горячись! Забыла слова командира? — заметил Заяц. — Не уйдет он от нас, если в Шатину ему захотелось. Пошли к нашим.
— Из тебя блохолов и то никудышный выйдет, — ворчала Мария. — Из-под самого носа упустили.
Долго еще по дороге в бригаду пилила Мария Йошку по поводу постигшей их неудачи.
— Да не ворчи ты, злюка! — огрызался Заяц. — Не дай бог такую жену — в одну неделю заест.
На этот раз Мария смолчала.
В пять часов утра связные явились в штаб бригады, усталые и злые от неудачи.
— И как это он ушел! — с досадой воскликнула Мария.
— Кто ушел? — спросил я удивленно.
— Потом, Мария, доложим, — хмуро взглянул на Приложну Заяц. — Сначала докладывай, что мы видели по дорогам и селам. У тебя память получше, да и язык острее…
Я заметил, как Мария метнула на Йошку свой гневный взгляд: она действительно была остра на язычок, и не один партизан уходил в смятении после попытки поухаживать за ней.
Мария подробно сообщила обо всем. Начальник штаба записывал данные, комиссар молча слушал. Ласковая улыбка не сходила с его уст.
— Очень хорошо, друзья мои, — похвалил я партизан. — Сведения весьма ценные. Кто дежурит у рации?
— Иван Маслов, — ответил начальник штаба.
— Немедленно передать на Большую землю.
— Есть передать на Большую землю! — козырнул начальник штаба, кося глазами на раскрасневшуюся Марию: он тоже частенько поглядывал на эту милую девушку, но никогда даже себе не признавался в своих симпатиях к молодой партизанке.
— Ну, а теперь послушаем Йошку, — сказал я, обращаясь к Заяцу, который почти все время молчал, лишь изредка кивал головой в знак согласия с докладом Марии.
— Что там у вас приключилось? — улыбнулся комиссар. — Снова поссорились?
— Да нет, улизнул тут один тип.
И Йошка Заяц доложил о неизвестном человеке, высаженном из машины офицером гестапо.
— Да, дело серьезное, — сказал Рудольф Стой. — Видно, с каким-то заданием подбросили. Надо быть настороже.
— А, то, что вы его пока не тронули, — это правильно! — похлопал я Заяца по плечу. — Есть такое правило у разведчика: выполняй только то, что тебе поручено, и не отвлекайся. Хотя мимо ушей и глаз пропускать, конечно, ничего нельзя. Так-то, Мария. А неизвестный никуда не денется, раз он уже в Шатину заброшен.
Йошка выразительно посмотрел на Марию, та опустила глаза.
Получив новое задание, партизаны-разведчики покинули штаб. На следующий день командир первой роты второго батальона Андрей Гронец готовил взвод для выполнения боевого задания.
— По шоссейной дороге Великая Битча — Кораловице — Фрейнштадт гитлеровцы подтягивают большие резервы на линию фронта, — говорил он партизанам взвода. — Перед нами поставлена задача — заминировать эту дорогу и взорвать побольше живой силы и техники противника. Задача ясна?
— Все понятно, содруг велетель, — за всех ответил командир взвода Ян Чубон.
— Тогда слушайте, как это лучше сделать.
Гронец указал, в каких местах следует заложить мины, кому поручить их установку, где расположить группы засады, кто будет руководить подрывными группами и какими путями отвести людей после взрывов.
— Товарищ командир, — тихо сказал вдруг Ян Чубон. — Вижу недалеко от нас человека.
— Кто там? — спросил Гронец, всматриваясь в темноту.
Ответа не последовало. Заскрипел снег, и неизвестный исчез в глубине леса.
— Кто-то из наших, — сказал Гронец. — Должно быть, просто по надобности вышел.
Командиры понимающе переглянулись между собой: они и виду не подали, что встревожены происшедшим. Инструктаж продолжался. Когда все было усвоено каждым партизаном, командир роты Гронец скомандовал всем остаться на местах и, явившись ко мне, рассказал о случившемся.
Нас очень взволновало появление неизвестного человека.
— Бойцы подозревают что-нибудь? — спросил я.
— Нет, я их успокоил. Только Чубон знает.
Сразу же были приняты меры, но никаких результатов мы не получили. Похоже на то, что инструктаж перед выходом взвода на задание был кем-то подслушан.
— Какие конкретные задания вы поставили взводу? — спросил я Гронца.
— Заминировать шоссейную дорогу на протяжении одного километра восточнее Макова.
— Направьте взвод с таким же заданием в другое место, а за первоначальным объектом установите наблюдение. Надо проверить поведение немцев. Тогда все будет ясно.
В два часа ночи взвод Яна Чубона отправился для выполнения боевого задания под Великую Битчу…
