В бригаду проник агент врага — это стало ясным после нового донесения Йошки Заяца: на шоссейной дороге вблизи города Маков немцы держали в засаде войска.
Кто он? Как его обнаружить, как раскрыть предателя, скрывающегося под маской партизана среди сотен патриотов?
Это была трудная и вместе с тем необходимейшая задача, решить которую следовало немедленно.
Прежде всего мы усилили охрану бригады. На посты назначали самых проверенных людей, особенно в ночное время. Комиссар провел по всем ротам беседы об усилении бдительности, такие же беседы были проведены во всех подразделениях. Все время мы были в полной боевой готовности на случай неожиданного нападения немцев на расположение бригады, а такая возможность не была исключена.
Через несколько дней в штаб бригады снова явился Йошка Заяц.
— В деревне Семетеш я видел незнакомца, которого высадил офицер гестапо в деревне Шатина.
— Рассказывайте, как это произошло.
— Я шел по деревне Семетеш, думал уже возвращаться домой. Смотрю — стоит группа крестьян, а с ними какой-то человек. Я всех знаю в этой деревне, а этого видел в первый раз. Подхожу ближе, да так и обомлел: он! Тот самый, которого мы с Марией хотели задержать возле магазина Мелоцика. Надо, думаю, узнать, о чем он там толкует. Подхожу, а он говорит, что мол, бежал от немцев из плена и хочет к партизанам пробраться. Спрашивает, как их найти.
— Не знаем, — отвечают крестьяне. — Говорят, партизаны в лесу где-то есть, но мы не видали их.
Видно, мало кто поверил ему, потому что стали расходиться, а человек этот зашел в трактирчик.
Мы закурили с Йошкой — он свою неизменную прокуренную трубку с железной крышкой, чтобы искры не вылетали, а я сигарету. Оба молчали и думали о неизвестном.
Получив задание, Йошка Заяц ушел.
После рассказа Йошки о встрече с «военнопленным» в деревне Семетеш прошло несколько дней. За это время наша бригада провела ряд боевых и разведывательных операций: было взорвано несколько поездов и мостов, проведены удачные засады.
Радистам бригады Дубининой и Маслову работы было по горло: нашу шифрованную морзянку каждый день ловили на Большой земле, где она превращалась в обстоятельные сведения для командования.
Однажды на командный пункт зашел Иван Маслов.
— Телеграмма для вас.
«Немедленно передислоцируйтесь в район Моравской Остравы, — прочитал я. — Выполнение радируйте с места. Получение подтвердите. Строкач».
Мы сразу же начали готовиться в дальний рейд. Предстояло пройти много населенных пунктов, где повсюду подстерегала опасность нападения врага. 23 февраля вместе с моим заместителем Мельником и начальником штаба Шеверевым всю ночь проверяли боевую готовность бригады. Лишь в половине пятого утра ушли на отдых. Не успел я задремать, как в землянку явился Патока и сообщил:
— Час тому назад у дороги Великая Битча — Кораловице нашим секретом задержан неизвестный. Пробирался в расположение бригады. Говорит, что бежал из фашистского лагеря и ищет связи с партизанами. Как с ним поступить?
— Доставьте задержанного в штаб бригады.
— Есть!
Одеваться у меня не было надобности, так как мы всегда спали одетыми и с оружием при себе. Через несколько минут я был готов к приему «гостя».
Часовые ввели в землянку черноволосого человека, среднего роста, с плотной, крепкой фигурой. Его полное лицо и чистые зубы сразу бросались в глаза, свидетельствуя о том, что неизвестный ужасов фашистского плена не переносил.
— Ваша фамилия? — спросил я у «военнопленного».
— Виктор Николаевич Сергеев, — с готовностью ответил тот. — Я долгое время находился в немецком лагере для военнопленных. Случай помог мне бежать. И вот после долгих поисков попал к вам, партизанам. Я очень рад, потому что давно решил искать вас.
— Расскажите о себе все начистоту, — попросил я.
Подробно, как заученный урок, рассказывал он о месте своего рождения, учебы, о мобилизации в Советскую Армию.
— Наша часть долго сопротивлялась немцам, но не выстояла, и всех захватили в плен. Ужас, что нам пришлось пережить!
И по одежде, которую мне описал Йошка Заяц, и по манере говорить я узнал в нем человека, доставленного ночью офицером гестапо в деревню Шатина.
— Какого числа и в какое время вас высадил офицер гестапо возле магазина в деревне Шатина? — неожиданно спросил я в упор.
Мой вопрос, по-видимому, попал в самую точку: неизвестный вздрогнул и быстро ответил:
— В какую деревню? Ни в какой деревне меня не высаживали.
— А о чем вы беседовали с крестьянами на улице деревни Семетеш?
— Да не был я там! Это ваши партизаны, вероятно, меня с кем-то спутали!
— Прибыли Йошка и Мария, — шепнул мне на ухо адъютант.
— Сейчас я их позову, пусть немного подождут.
Адъютант вышел.
— Так вы, господин Сергеев, отрицаете все это?
Лазутчик явно растерялся: он уже понимал свой провал и думал о том, как выкрутиться.
— Видели вас крестьяне? Разговаривали вы с ними? — повторил я свои вопрос.
