Сталин поставил одного лишь Куусинена без Туоминена во главе марионеточного режима, называвшегося Финской демократической республикой или «Народным правительством», о существовании которого якобы стало известно из перехваченной в СССР радиопередачи в день начала войны, как будто бы новое «правительство» возникло само по себе[4308]. «Необходимо, — гласило „перехваченное“ воззвание, напечатанное в „Правде“ 1 декабря 1939 года — создать широкий трудовой народный фронт: весь рабочий класс, крестьянство, ремесленники, мелкие торговцы и трудовая интеллигенция, то есть огромное большинство нашего народа нужно объединить в единый народный фронт для защиты своих интересов, а к власти необходимо выдвинуть опирающееся на этот фронт правительство трудового народа, то есть Народное правительство»[4309]. Москва незамедлительно признала Народное правительство и передало в состав его «Народной армии» корпус численностью до 13 500 человек из числа этнических финнов, проживавших в советской Карелии, который, как надеялись, привлечет к себе финских рядовых солдат и тем самым обеспечит раскол вражеских сил[4310].
Молотов заранее предупредил немецкого посла Шуленбурга: «Не исключено, что в Финляндии будет создано другое правительство — дружественное Советскому Союзу, а также Германии, — и добавил: Это правительство будет не советским, а типа демократической республики. Советы там никто не будет создавать»[4311]. Эта позиция прозвучала и в конфиденциальном разъяснении, адресованном коммунистическим партиям всего мира, а также в публичном воззвании Куусинена, объявившего, что его правительство является «временным» и будет существовать до тех пор, пока не будет избран и начнет работу новый финский сейм[4312]. В целом все это должно было казаться блестящей стратегией: не позволить Германии или Англии использовать Финляндию для агрессии против СССР, изменить международные границы и тем самым повысить безопасность СССР, насадить в стране просоветский режим, что позволит в будущем провести полноценную советизацию. Идеолог Жданов, ссылаясь на советскую разведку, утверждал, что финские рабочие и крестьяне, составлявшие основную часть национальной армии, готовы приветствовать советские силы. Даже Ворошилов предсказывал, что «трудящиеся массы Финляндии <…> угрожают расправой тем, кто ведет политику, враждебную Советскому Союзу». В конце концов, разве ранней осенью 1939 года украинцы и белорусы из восточной Польши не приветствовали на радостных митингах Красную армию как «освободительницу»?[4313]
Первоначально Народное правительство было создано в Терийоки, маленьком сельском курорте, состоявшем из летних домиков, на финской стороне границы, где когда-то нашли убежище восставшие кронштадтские матросы[4314]. Когда начались военные действия, финны покинули поселок. Неизвестно, выезжал ли когда-нибудь сам Куусинен туда, где находилось его правительство. 2 декабря он был принят в «Уголке». В тот же день «Правда» напечатала на первой полосе снимок, изображавший, как Молотов и Куусинен в присутствии Сталина, Ворошилова и Жданова подписывают «договор» между СССР и финским Народным правительством, давшим согласие на все советские территориальные требования: отодвинуть границу на запад по Карельскому перешейку и соответственно передать Советскому Союзу 1500 квадратных миль финской территории, продать пять островов в Финском заливе, а также западную часть полуострова Рыбачий на Крайнем Севере, рядом с Петсамо[4315]. Согласно «конфиденциальному протоколу» СССР получал право устроить военную базу на мысе Ханко. В обмен марионеточному правительству отдавали советскую Карелию — не 2120 квадратных миль из ее состава, а все 27 тысяч. Карта этой новой «Народной Финляндии» была опубликована в «Правде» (3.12.1939).
Это и была одна из причин, почему Сталин отказался от формального объявления войны: Советский Союз вовсе не воевал с Финляндией, а
