Теперь понятно, почему Стасик так странно ходит - долго, наверное, на пяточках прыгал. Предложила бы ему холодное приложить, но обойдется, раз такой никчемный.
- А она всю дозу выпила? - задаю я наводящие вопросы, потому что сам он нескоро сообразит, почему потерпел фиаско.
- Сделала пару глотков, а потом сказала, что не любит колу.
- Какой же ты дебил! - восклицаю я, ударив себя ладонью по лбу, хотя бить надо его. - Я же сказала, что в эту тушу должно попасть две таблетки. Две! Полная доза! А так она выспалась хорошо и «приласкала» тебя коленом. Впрочем, спасибо ей за это!
- Машуль, ну дай мне еще задание! Я все сделаю, - умоляет он, прижав меня к стене и, словно по привычке играя грудными мышцами.
Чуть не блеванув от запаха псины, я отталкиваю его от себя таким мощным выпадом, что Стасик падает и приземляется аккурат на мускулистую задницу - единственное свое привлекательно место.
- Это не квест какой, чтоб я тебе задания выдавала, а ты их проваливал!
Перешагиваю через него и иду собираться. Мне не нужно долго думать, что надеть, потому что мой наряд продуман давным-давно. Правда, совсем для другого случая. Все просто до гениальности: красное корсетное платье - красный цвет победителей - и черные туфли на шпильке. Собираю волосы в высокую, торжественную прическу, которая добавляет мне аристократичности - все-таки у меня сегодня такое событие!
- Маш, ты куда? - спрашивает Стас беззлобно, но с любопытством.
- Не твое дело! - огрызаюсь я и возвращаюсь к сборам.
Кидаю в свой лучший клатч «дежурную» красную помаду, телефон и перцовый баллончик. Больше в эту маленькую парадно-выходную штучку не засунешь.
- Типа у нас все кончено? - уточняет Стас, совсем потеряв способность строить причинно-следственные связи.
- У нас ничего и не было кроме двух беспонтовых перепихонов, - «отбриваю» я его, на ходу вызывая такси. - Будешь уходить, захлопни дверь.
Я стою у дворца бракосочетаний и втаптываю в бетон уже пятый окурок. Мой папочка, который после определенных событий приобрел аллергию на брачные узы, назвал бы это заведение дворцом, над которым реет «слепое знамя дурков», если понимаете о чем я.
Жду и развлекаю себя тем, что рассматриваю парочки, которые вываливаются из этой машины для штамповки «ячеек общества». Все такие однотипно-счастливые форменные дурачки. Интересно, они хоть осознают, что с вероятностью более чем пятьдесят процентов побегут сюда же разводиться, еще даже ситец на пеленки не закупив? В отношении к таким мероприятиям мы с папочкой сходимся - чуть ли не единственная наша точка соприкосновения помимо медицины.
А вот и они. Дима такой милый в своем черном костюме - мужчины обычно чудо как хороши на выпускном, свадьбе и в гробу. А толстушка, и так вызывающая рвотные позывы, выглядит на его фоне еще более неказисто - хренов «торт» в дешманском платье, которое шуршит как фантик. Сельский «гламур» дополняют такие элементы, как намертво залаченная челка и пенопластовые цветочки в прическе. Как теперь это развидеть?
Я нащупываю в сумочке баллончик, крепко зажимаю его в руке, засовываю пальцы под предохранитель и, спрятав руку за спиной, смешиваюсь с толпой гостей.
- Привет, Дима! - проговариваю я, мило улыбаясь. Какой же он сладкий!
- Ты что тут делаешь? - спрашивает зло.
Эта «кукла», которую можно посадить на капот тачки во главе свадебного кортежа, просто хлопает наращенными ресницами, которые выглядят как мохнатые гусеницы, и молчит. Ничего! Сейчас запоешь!
- Поздравить вас пришла, - говорю я, еще больше растянув губы в улыбке.
- Спасибо! - произносит она голосом торговки рыбой.
Я киваю и выкидываю руку вперед. Жест настолько молниеносный, что никто даже дернуться не успевает. Я задерживаю дыхание и со всей силой прожимаю кнопку под предохранителем. Жму так сильно, что ноготь ломается на «мясе», но боль меня только бодрит.
Толстушка, принявшая на себя почти всю дозу «перцовки», теперь корчится на земле, орет и трет глаза. Диме тоже досталось, но он, бешено моргая, идет на меня. Пока я раздумываю, хочу ли и его ослепить, Дима метким ударом вышибает баллончик из пальцев, и тот, звеня, катится под ноги ошарашенных гостей.
Мой Дима падает на колени возле своей жирухи и смотрит на меня бешеными глазами.
- Вызовите скорую кто-нибудь! - орет он нечеловеческим голосом, а потом обращается к ней и говорит ласково: - Потерпи, моя хорошая, они уже едут!
Я сделала что хотела и собираюсь смыться по-тихому, но на пути встает крепкий парень с красной лентой свидетеля через плечо. Я пру напролом, надеясь на свою не слишком прокачанную физуху, но вместо того, чтоб проскользнуть мимо, натыкаюсь на его плечо. Чужие пальцы больно сжимают запястье, и я понимаю, что момент для эффектного исчезновения упущен.
- Куда собралась, больная? - орет он мне в ухо, а другой бритый тип, похожий на братка из 90-х, уже вяжет мне руки за спиной.
