– Переоденьтесь в любую сухую одежду, которую найдете. Отдохнем здесь минут десять. Я пока выйду.
Схватил вещи, похожие на мужские, пару больших футболок и штаны, и вышел из прачечной, закрыв за собой дверь.
Мысль о том, что я один в пустом коридоре, заставила меня вздрогнуть, но тут же представилось все, через что мы только что прошли, – темная вода, боль и страх, – и коридор сразу стал куда менее пугающим.
Стянув с себя мокрую одежду, я вытерся футболкой с изображением белого кота. Потом осмотрел свои ноги.
Я пострадал меньше всех из нашей группы, видимо, потому, что шел последним, однако даже легкое прикосновение к ушибленной ноге вызывало стон. Мечтая о противовоспалительных средствах, обезболивающих и расслабляющих мышцы препаратах, я натянул свободные хлопковые брюки, которые единственные подошли мне по размеру. Остальные были слишком велики.
Не знаю, кому принадлежала футболка, но вкус у хозяина был странный. Я оказался перед выбором между футболкой с синим червяком, футболкой с красной жареной курицей и черной футболкой с надписью
Что теперь делать? В прошлый раз мы направились в Центральный квартал и попали в перестрелку. Безопасно ли там сейчас? Сколько времени мы уже потратили на спасение Ким Гаён? К счастью, все мы могли если не бегать, то хотя бы ходить.
А что, если кто-то нападет на нас, пока мы тут отдыхаем? Нельзя засыпать… Ах да, нужно проверить планшет. Может, кто-то что-то написал…
Я и не заметил, как задремал, сидя у стены с футболкой на голове.
Разбудила меня Ю Гыми – потрясла за руку. Открыв глаза, я обнаружил, что растянулся прямо на холодном полу в пустом коридоре. Вытерев слюну ладонью, торопливо поднялся. Каждая мышца болезненно откликнулась на это движение, и я с трудом поборол соблазн снова упасть на пол и погрузиться в забытье. На мне было несколько слоев одежды, которыми меня заботливо накрыли. Сбросив с себя чужие джинсы, я потер глаза рукой, а потом, встревожившись, резко повернулся к Ю Гыми.
– Что-то случилось? Сколько прошло времени? Я долго спал? Это вы меня укрыли? – спросил я, еще не до конца проснувшись.
– Все в порядке, Мухён. Вы проспали около двадцати пяти минут. Я накрыла всех одеждой, чтобы вы не замерзли, – спокойно ответила Ю Гыми.
Но это был не просто сон, скорее что-то вроде обморока. Наверное, остальные чувствовали то же самое. Мы действительно нуждались в отдыхе, но Ю Гыми, похоже, все это время не спала, стоя на страже.
– Спасибо. Но меня беспокоит, что мы слишком долго отдыхали, – пробормотал я.
– Если бы не отдохнули, не смогли бы двигаться дальше. Не переживайте, двадцать пять минут – это не так много. Наверстаем.
Да, она была права. Время назад не вернуть, но мы могли двигаться дальше. Ю Гыми – настоящий оптимист, подумал я, наблюдая, как она пошла в прачечную за остальными. Зевая и прикрывая рот рукой, я включил планшет, пока переодетые в сухую одежду девушки выходили в коридор. Все выглядели немного помятыми. Ким Гаён, с опухшими от усталости глазами, несколько раз зевнула, потрясла головой, пытаясь избавиться от сонливости, а потом вдруг подошла ко мне и протянула руку.
– Я Ким Гаён, научный сотрудник Чучжакдона. Спасибо, что спасли меня, – сказала она слегка охрипшим голосом.
– Пак Мухён из Пэкходона. Я лишь сделал то, что должен был.
Я взял руку Ким Гаён в свою, слегка встряхнул и отпустил. Тем временем Ли Чжихён попыталась потянуться, но тут же скривилась от боли и, ойкая, опустила левую руку. Увидев, что я смотрю в планшет, она спросила:
– Есть хорошие новости?
– Эм… нет, не особо, – ответил я.
Ли Чжихён начала осторожно массировать левое плечо правой рукой.
– Давайте вернемся к эвакуационным капсулам, как и планировали, – сказала она. – Да, мы потеряли немного времени, но если получится, выберемся. Если нет, будем искать другие варианты.
Чтобы покинуть Чучжакдон, нам все равно пришлось бы дойти до спасательных капсул. Пожалуйста, хоть бы капсулы работали! Пусть на этот раз сон окажется неправдой!
– Да, согласен. Если не сможем воспользоваться спасательными капсулами, решим, куда двигаться дальше, – поддержал я план.
После первых шагов Ким Гаён, с облегчением вздохнув, сказала:
– Тело все еще болит, но после сна двигаться стало легче. До этого я вообще не могла шевелиться.
Это мышечное напряжение, вызванное шоком. Мы оказались в смертельной опасности, и тело дало такую реакцию, размышлял я, вспоминая, как когда-то изучал методику лечения ушибов под названием
Мы, по крайней мере, немного отдохнули. А что касается остального, то я предпочел бы оказаться в больнице. Кажется, методику нужно применять в течение двадцати четырех часов.
В обычной жизни ее применять не приходится.
