Инга видела, что большую часть времени Мартин – просто большой бесхарактерный увалень, добряк, который и мухи не обидит, – это был тот, кого северянка любила всей душой. Но стоило им приблизиться к монастырю или храму, или оказаться в селении диких нелюдей, или когда он просто открывал эту свою книгу – тогда в Мартине просыпался кто-то такой, кого Инга искренне боялась.
После того, как монах решился на еще один ритуал, – когда чуть не угробил себя ради неизвестно чего, исполосовав тело ядовитыми татуировками, – она готова была оставить его. Тогда они путешествовали вчетвером с двумя медведями-оборотнями, Инга могла отправиться дальше с Наной и ее мужем и навсегда забыть о Мартине со всеми его причудами. Но северянка не смогла бросить друга, когда тот едва мог встать с кровати. Она попрощалась с оборотнями и осталась выхаживать монаха.
В конце концов Мартин оправился и стал здоровее прежнего, его белое пламя перестало зависеть от настроения и к нему добавилась приятная особенность: оно могло противостоять магии. До сих пор этот навык был доступен только инквизиторам, отмеченных исключительно Клевором. Монах ликовал.
Инга еще долго злилась на друга, но в конце концов признала, что способность оказалась полезной. На дорогах материка Арсуны они встречали многих путешественников, но не все путники оказывались так же приветливы, как рыцарь Ульфрик. Мартину не раз приходилось применять свой посох, но в случаях, если им попадался какой-нибудь особенно задиристый маг, спасали их только быстрые ноги. Теперь это маги удирали от них: Мартин лишал их силы двумя взмахами рук, а после доставал посох, которым мог размозжить в кашу даже самый крепкий череп.
Помимо того, что писал книгу и следил за тем, чтобы Инга не убилась по глупости до совершеннолетия, Мартин подрабатывал борцом с нечистью. Рыцарь Ульфрик, служащий ордену Черного Дракона, научил монаха, что подобным промыслом можно неплохо заработать, особенно если учесть, что сами рыцари могут избавлять исключительно от живых чудовищ, а монах мог помочь с нечистью. Это занятие приносило им с Ингой неплохой заработок время от времени, а также добавляло в книгу монаха новые главы. Мартин всеми силами старался не предаваться гордыни, однако он точно знал, что не всякому инквизитору или священнику известно о потустороннем столько, сколько уже известно ему.
Слухи о странствующем монахе уже гуляли по всему материку, иногда Мартина даже узнавали в трактирах, а некоторые белые совы носили его портрет и пытались поймать ишимерца, как беглого монаха. Пока у них это получалось из рук вон плохо.
Мартин был доволен своей новой жизнью как нельзя больше, он планировал путешествовать с Ингой еще около десятка лет, а потом, может, скопить на домик, где он сможет в уединении привести свою книгу в порядок. Сама северянка по-прежнему не имела каких-либо планов, кроме как идти, куда ветер подует. Так они и бродили по свету.
Закончив с вечерними упражнениями, монах почувствовал себя так, словно только проснулся. Легкой походкой он направился обратно к Инге, но не прошел и тридцати метров, как различил со стороны их костра новый голос. Мартин насторожился.
Говорил мужчина, он общался легко и непринужденно, но извилистые нотки в его приглушенных интонациях выдавали некое двойное дно. Мартин, обошедший полмира и слышавший тысячи разных голосов, мгновенно узнал голос мага.
Монах услышал звонкий смех Инги и ускорил шаг.
Породистая черная лошадь чужака была стреножена, его вещи лежали неподалеку от их собственных, а сам он сидел у костра напротив девушки, скрестив ноги.
Мужчина казался невысоким, держался он прямо, а движения у него выходили изящными, как у благородного. Незнакомец был одет в хороший дорожный костюм, который казался слишком чистым для этих пыльных мест. У мужчины были длинные светло-рыжие волосы, завязанные по последней моде в хвост на затылке, светло-серые, почти белые глаза под неестественно темными бровями и черные усы.
Мартин, как и любой монах, которому было хоть что-то известно о том, ради чего на самом деле была основана церковь, мгновенно узнал в незнакомце легендарного Истэку Демонтина. Чудовище, которые монахи изловили много лет назад и изучали, пока оно не сбежало, уничтожив все города вокруг мест, где его держали.
Храм, где изучали Демонтина, находился в дне пути от этого места. Именно туда и направлялся Мартин в надежде получить доступ к описанию исследований, связанных непосредственно с Истэкой. Каково же было удивление монаха, когда он обнаружил самого колдуна у своего костра! Хотя Мартин знал, что Демонтин жив и бродит на свободе, он и представить не мог, что у демона хватит смелости вернуться к месту своего заключения.
– О, Мартин! – воскликнула Инга, увидев своего друга, замершего у деревьев. – Смотри, кто к нам пожаловал! Он маг, его зовут Истэка и у него есть еда, которой он обещал поделиться. Вот здорово, да?
– Не ожидал встретить тебя здесь, – проговорил монах, рассматривая знаменитого колдуна с чуждой этому миру душой.