– Ты глянь! – хмыкнул один из постовых, указывая на девушку, бредущую подходящую к пропускному пункту. Его товарищ, оценив фигуру, присвистнул. – Не могу понять тока, че у нее на башке?
Когда Аленика подошла к солдатам, они переглянулись, не особенно стараясь скрыть дурацкие ухмылочки.
Пара дежурных фраз, в воздухе мелькнула бумага о назначении с печатью главнокомандующего, – Аленика сама ее поставила, побывав ночью в его кабинете.
Темный маг во взвод капитана Дюшеса – вот это новость! Но новобранцам всегда рады, будь они хоть темные ланки.
– Уши свои береги! – крикнули ей, когда Аленика удалялась от поста. Вслед за словами раздался истерический хохот, но нелюдь сделала вид, что не услышала.
До ближайшего поста полдня пешком по пустой каменистой дороге под палящим солнцем, и это при том, что она в пути с ночи. Однако там нелюди удача улыбнулась: один из фургонов как раз вез провизию к лагерю ее отряда, так что остаток пути Аленика провела на жестком полу кузова, цепляясь за свой тяжеленный походный рюкзак, чтобы не упасть на очередном повороте.
С ней ехало еще несколько солдат, и все они пялились на новенькую с тем же выражением, каким встретили ее постовые. Она тоже их разглядывала, и сложно сказать, кто кому казался большей диковинкой.
– Темная? – спросил один из них, понимающе ухмыляясь. Один глаз, дорогое шмотье – кончено, темная! Только вот темных обычно присылают с конвоем, вытащив из глубин тюрем, а эта, судя по всему, сама попросилась. Какие бы причины ее сюда ни привели, очень скоро она поймет, что они того не стоили. – Отличные шмотки!
Сам он был одет в серую форму, плотную стеганую куртку с нашивками на вороте, указывающими звание. Куртка заправлена в штаны, которые удерживает пояс с кучей карманов и петель для оружия и инструментов. За плечами солдата крест-накрест висели ружье и сабля, скрытые плотным теплым плащом. На ногах плотно зашнурованные берцы, некогда черные, но теперь побелевшие от пыли.
Этот парень видел орков, по его глазам нелюдь поняла, что видел. Горы и война были его средой, он плавал в ней, как рыба в воде, а она только собиралась замочить ножки. Интересно, что он уже видел в горах?…
– Знаете Дюшеса? – спросила она, проигнорировав замечания о своей одежде и взгляды на уши.
– Неа, мы не из его взвода. Он-то почти на передовой. А ты откуда сюда?
– Канцелярия его величества, – криво улыбнулась нелюдь.
– О! – солдаты, переглянувшись, уважительно закивали. Уже давно ходили слухи том, что правительство решило использовать темных вместо того, чтобы заставлять их гнить в подземельях. – И чем займешься в горах?
– Поджарю столько орчьих задниц, сколько смогу.
Ее слова вызвали одобрительный гогот, но от девушки не укрылась пара снисходительных взглядов. Самоуверенные в Железном нагорье живут недолго.
Лагерь, куда привезли Аленику, представлял собой скопление бесчисленных серых шатров, чьи бока покрывали маскирующие пятна темной и бежевой краски. В таких шатрах жили, ели, лечились, решали поставленные задачи, в них хранилось оружие и боеприпасы. Между ними мелькали грубые деревянные столы и стойки, заваленные инструментами, иногда попадались деревянные сараи.
По дороге к капитану Аленика прошла площадку, где стояли новые самоходные гаубицы на кристаллах, и девушка невольно остановилась, пораженная их видом.
Тяжелый корпус, который мог бы сойти за небольшой фургон, покрывали крепкие металлические листы в защитных цветах. Ствол в два роста девушки мог выпустить снаряд размером с ее голову. И таких ровным рядом стоит двадцать штук, а сколько еще уже в деле?…
По телу девушки пробежали приятные мурашки: сейчас металлические гиганты неподвижны, но стоит боевому магу встать за пульт, конструкция оживет и тогда… О, ей определенно хотелось испытать эту мощь! Интересно, какие еще машины здесь есть?
Подавив приятную дрожь под желудком, она пошла дальше.
Тут и там в лагере сновали мужчины в серой форме, но иногда попадались и женщины. Некоторые солдаты курили, собравшись тесными кружками возле столов, некоторые чистили ружья, готовясь к очередному дежурству или, наоборот, только вернувшись с него. Если кто и обращал на нелюдь внимание, взгляды на ней долго не задерживали: таких, как она, каждый год через отряд проходило десятки.
Об Эмбере Дюшесе Аленика не знала ровным счетом ничего, кроме его имени и звания, все данные оказались засекречены лучшим образом – попросту утеряны в архивах Сторожевой Башни. Потому, когда она подошла к капитанскому шатру и услышала оттуда первые вопли, ей стало не по себе.
– …Темная!? На кой ляд нам одна темная, когда нужно не меньше пятнадцати академиков!? Она взорвет и себя и машину, сколько раз уже было!…
Почему-то ей казалось, что человек, которому так доверяет Валдис, понравится и ей, но этот голос… судя по его тембру, капитан Дюшес весил вдвое больше, чем полагается честному военному, имел проблемы с нервами, выпивкой и такого рода куревом, какого сама Аленика предпочитала избегать.