Основная часть армии находилась у первой гряды, а треть – в самом центре нагорья, караулила орков, которые последние месяцы смирно сидели на своей территории. Мест, где могли проходить сражения, было немного, дорога, по которой можно было провести достаточное количество воинов – всего одна, потому все силы Нейвера и орков обыкновенно сосредотачивались в одном месте этого тракта – сейчас это был Черный Котел, огромное плато, окруженное скалами и имеющее только два прохода, один из которых орки несколько лет пробивали в камне. Каждые несколько недель люди там менялись, одни уходили отдохнуть в лагеря своих взводов, другие занимали их места.
Пока Аленика находилась в лагере, часть воинов из взвода ушла к Котлу, но саму девушку Эмбер не отпустил, потому пока она оставалась в безопасном лагере. Любовалась горами, дежурила на кухне, когда ей выпадал жребий, какое-то время остальное время проводила на тренировочных площадках для магов, где орков изображали каменные манекены, но больше скучала.
В соседних лазаретах никто не умирал от подозрительных ран, медсестер-послушниц не нашлось ни одной, как и злобных заговорщиков-инквизиторов. С солдатами у Аленики не клеилось, а красавчик-капитан всеми силами ограждал ее от фронта.
В один из вечеров скука погнала нелюдь к собравшимся у костра солдатам. Компания грубых дурно пахнущих мужчин ей не нравилось, но они, в отличие от камней и столбов, умели играть в карты.
– О, ушастая! – воскликнул один из них, когда девушка подошла к костру. – Чего пожаловала?
– Хочу поиграть, – ответила Аленика, осматривая собравшихся. Среди них была одна женщина и это приободрило нелюдь. – Возьмете?
Женщина криво улыбнулась и подвинулась.
– Дотиль, – коротко представила она, пока один из солдат перемешивал засаленные грязные картонки. – Каким ветром сюда?
– А сама как думаешь? – криво улыбнулась ей нелюдь.
Карты раздали и началась игра. По сравнению с опытными воинами нелюдь играла довольно посредственно, но ее соратникам было даже приятно уделать ушастую с королевскими замашками. Поговаривали, это она тащила изысканные харчи у офицеров, но поймать ее никто не мог. Помимо прочего она отказалась носить форму, не считала нужным поддерживать беседы и вообще вела себя так, будто в армию приехала погостить, и война ее не касается. Ушастая никому не нравилась, хотя ее способности обещали хорошую подмогу в бою.
Сейчас за игрой обсуждали последние новости с гор.
– …Я сама слышала, у них новое оружие, – сказала Дотиль. На баррикадах, откуда она вернулась четыре дня назад, у нее остался любовник, который служил разведчиком, потому ее словам верили. – Люк говорил, что серокожие спят и видят, как сметут нас. Они уже готовятся к празднованию своей победы, ловят горных козлов, засранцы! И ведь их правда в Котле больше становится… с каждым разом все больше, клянусь!
– Ха, ни в жизь не поверю, что Лиазган раскошелился на новые машины, – фыркнул один из солдат. От прочих его отличал уродливый большой нос. – За сорок лет он им даже око не подогнал! И слава всем Богам, а то что бы они с нами сделали!?
– Так вы знаете, что за всем стоит Лиазган? – удивилась Аленика.
Перечитывая письма, приходящие в Сторожевую Башню, девушка узнала, что на самом деле война с орками была лишь продолжением войны между Нейвером и Лиазганом. Сейчас вот уже сорок лет между государствами царил холодный мир, однако Лиазган не мог так запросто оставить врагу легендарную Крепость-на-Перекрестке и шахты на границах. Круг Вершителей, – семеро богатейших мужчин, управляющих Лиазганом, – снабжали оружием и припасами живущих рядом с Железным нагорьем орков, чтобы те отбили для страны несколько шахт. Орков развелось много, и каждый в разы сильнее человека, потому с поддержкой Лиазгана они отлично справлялись со своей задачей – изводили Нейверскую армию и в те месяцы, когда удавалось занять шахты, приносили своим покровителям необходимый металл и кристаллы.
Лиазган стоял за орками, он же стоял и за восставшими лесными леннайями. Круг Вершителей самолично взрастил горстку бунтарей, а когда их количество достигло размеров небольшой армии, их благополучно выкинули прямо на границу, где яркоглазые заняли Крепость-на-Перекрестке. Если бы не деньги Непервого, которые купили наемников, и не своевременная помощь церкви, – ходили слухи, в битве с леннайями участвовали даже инквизиторы, – сейчас это место уже находилось бы во власти Вершителей.
Аленика знала обо всем этом уже давно, хотя эта информация считалась закрытой. Каково же было удивление нелюди, когда оказалось, что простым солдатам о государственном заговоре известно ничуть не меньше, чем генералам!
– А кто не знает? – усмехнулся большеносый вояка. – Мы же не слепые! Горстка диких племен, которая уже сорок лет занозит задницу нейверской армии!? Ха! Да они даже металл обрабатывать не умеют!
– Ну, тут ты сбрехнул, – возразила женщина. – Все они умеют. Но вот отливать пушки… ясен хрен, пушки им не шаманы построили. И то оружие, о котором говорил Люк, тоже не их ума работа.
– Что за оружие? – насторожилась Аленика.