– Это большая потеря, – произнес Эмбер. Он поднялся из-за стола и немного прошелся по шатру. – Мне жаль, что для тебя все начинается так, со смерти твоей предшественницы. Скорее всего, ты напугана и…
Однако, взглянув на Аленику, он понял, что напуганной она не выглядит.
– Я знала, куда отправляюсь, – сказала та. – Если для меня есть работа, я готова ее выполнить.
– Что ж, может, твой настрой и к лучшему, – проговорил воин, отведя взгляд. Он посмотрел на свой шкаф, а затем снова взглянул на Аленику. – Тебя переводят.
– Куда? – тут же спросила нелюдь, насторожившись.
– Ближе к Первой гряде. Привезли новые машины, они способны перенимать природу магии хозяина и нужны те, кто будет их обслуживать.
Изумрудный глаз девушки широко раскрылся от изумления.
У гряды ей будет проще разобраться с церковниками, появится время на расследование в главном штабе, куда с фронта не попасть даже по теням, к тому же, работая на машине, она не будет рисковать собой в бою.
Эмбер преподнес ей на серебряном блюде все, чего она только могла желать в горах! Девушка не могла поверить такой удаче.
Аленика поблагодарила своего капитана за теплый прием во взводе, а затем отправилась собирать вещи. Она справлялась быстро, но еще не закончила, когда в ее шатер вошел незнакомый солдат, который должен был отвести ее к новому месту службы.
– Уже побывала на фронте? – спросил он, заметив повязку на глазу.
– Нет, так и не довелось.
– Везучая ты! – только и сказал он, пораженно взглянув на нелюдь. – Считай, родилась в золотом яйце! Очешуеть просто…
– На машины так тяжело попасть? – удивленно спросила она.
– Да нет, там и руку может оторвать, если конструкторы напортачили, – проговорил солдат, почесав затылок. – Но тебя же считай из самого пекла выдернули!
– То есть? – Аленика нахмурилась. Люди из взвода Дюшеса в сражениях погибали не так часто, чтобы можно было назвать это пеклом. – О чем ты говоришь?
– Ну как же? – удивился тот. – всех под началом Эмбера отправляют на передовую! Говорят, новое орчье оружие на подходе, да и самих серокожих в Котле собралась тьма. Будет большая битва, они хотят выбить себе путь к Первой гряде. Поэтому срочно мобилизуют все свободные силы. А Дюшес опять повздорил с майором, включил этот свой героизм, где не надо, и вот, теперь его и его людей отсылают в первые ряды. Это назначение – твой билет в жизнь!
Что ж, ей повезло вдвойне. Судьба благоволит тем, кто идет за клятвой, это любому леннайю известно.
Аленика шла по каменистым тропам следом за своим провожатым, рюкзаки давили на плечи, и с каждым шагом как будто становились все тяжелее. Зимнее солнце уже почти скрылось, когда девушка остановилась и обернулась в сторону, где остался взвод Дюшеса, обреченный на смерть.
Она знала, что выбирать между машинами и передовой это все равно что выбирать между безоблачной жизнью и мучительной смертью. Однако так же она знала, что не в каждом взводе есть колдуны, но, если такие имелись, в бою они защищали только своих – на других просто не хватало сил. Без нее взвод погибнет.
Не то чтобы нелюдь в самом деле переживала за жизни малознакомых воинов, не то чтобы она считала себя обязанной защищать тех, ради кого прочитала с листка присягу. Но что-то тянуло ее назад, и Аленика никак не могла понять, в чем же причина. В то, что где-то внутри у нее живет совесть и воинская честь, девушка не готова была поверить.
– Чего ты? – спросил провожатый. – Жалко их? Ну, мы в горах… дело такое.
Нелюдь раздраженно дернула ушами.
Горы. Они все говорили про них так, словно это был отдельный мир, где действуют свои законы, надиктованные, надо понимать, камнями и солнцем. Законы гор светились в глазах каждого, кого Аленика тут встречала, пусть сама она еще и не понимала, о чем речь. Они жили и в глазах Валдиса.
Валдис.
Вот в чем дело.
Поняв это, нелюдь криво усмехнулась и снова обернулась к горам, в сторону Черного Котла.
Валдис говорил, что он жив только благодаря отваге Эмбера. Если бы только знал, что теперь ему грозит опасность, воин сделал бы все, чтобы защитить товарища. Но он пожертвовал жизнью, чтобы спасти Аленику, а с тех пор его долги – это ее долги.
– Я иду туда, – бросила она проводнику. – Скажи своим, что я отказалась от назначения.
– Ты сдурела? – искренне изумился он, наблюдая за тем, как нелюдь в самом деле разворачивается и топает на верную смерти. Но она даже не ответила, и солдат побежал следом. – Хоть раз видела, что остается после боев?
Аленике было все равно, благородная смерть ее ждет или нет, воняет орчье дерьмо или благоухает фиалками, – она не собиралась умирать в бою. Ее магия для живых кружев все равно что заточенная коса, а там, где скопище воинов, образуются тени, – этого ей было вполне достаточно, чтобы принять решение. И девушка не собиралась отступать.