Аленика медленно повернула голову и проводила его удаляющуюся фигуру. Улыбка сползла в разочарованную гримасу. Ей кажется, или бравый капитан в самом деле только что спасся от нее бегством?
Подумать только!
Что именно его смутило, интересно знать? Уши, глаз, татуировка, которая кое-что говорила о ее воровском прошлом, или сам факт того, что она не человек? Может, ему больше по душе благочестивые послушницы с пустым взглядом?
Так или иначе, теперь нелюдь чувствовала себя ужасно глупо, и решила, что дожидаться Эмбере в пещере она не хочет.
Аленика высушила свою одежду магией, – она сделала бы это раньше, если бы знала, что ее спутник окажется таким занудой, – и отправилась подальше в темноту, тренироваться со своими тенями.
Теперь это было ее любимое занятие. Похожие чувства она испытывала, когда в детстве Даглан подарил ей щенка… тот, правда, быстро «потерялся», но дни, которые она провела, пытаясь научить забавное существо исполнять команды, отпечатались в памяти светлыми воспоминаниями.
Она знала, что скахтьярн может управлять несколькими тенями одновременно, разделяя свое сознание между ними, но ей с трудом удавалось навязать свою волю даже одной.
Дух ступил на землю прямо перед ней и обратил свое преданное внимание к хозяйке. С тех пор, как дала ему покусать орков, она не была щедра на угощения, зато ей очень хотелось, чтобы тень по многу часов перетаскивала камни и обламывала ветки кустов. Каков был тайный смысл этих поручений, кромешник не знал, но старался исполнять желания своей повелительницы – по крайней мере настолько, насколько хватало его усердия.
В этот раз помимо него границу преодолела еще одна тень, и теперь они работали вместе.
Аленика игралась с кромешниками, пока ночь не сделала тень достаточно густой для того, чтобы они с Эмбером могли отправиться к месту, где находился вход в шахту.
Когда она вернулась в пещеру, воин уже сидел в сырой одежде и зябко поводил плечами: без магического огня он очень быстро замерз. Решив не быть злопамятной, Аленика согрела воина магией и высушила его вещи так же, как и свои. А потом они, не говоря друг другу ни слова, взялись за руки, чтобы по тени переместиться к шахтам.
Когда-то в этом месте располагалась целая сеть подземных тоннелей, в которых добывали руду, но около шести-семи лет порода здесь истощилась и шахты оказались заброшены. Большинство тоннелей вскоре обвалилось, но некоторые, как выяснилось, заняли орки и превратили это место в склад.
Снаружи ход в шахту походил на очередную пещеру, которые встречались в Железном нагорье на каждом шагу, однако, приблизившись, можно было увидеть деревянные балки по краям, испещренные орчьей резьбой. У серокожих имелось странное пристрастие к тому, чтобы вырезать свои имена или кличи на всем, на чем только можно было что-либо вырезать.
Нелюдь осторожно подбиралась ко входу в шахту, навострив уши. Эмбер шагал рядом, в любой момент готовясь выхватить саблю или ружье. Когда они оказались в десяти метрах от входа, Аленика услышала бормотание орков и сделала знак капитану, они постарались укрыться за ближайшим валуном как можно быстрее и незаметнее, однако в последний момент один из серокожих все-таки заметил сапог воина.
Орк крикнул что-то своему товарищу, и они побежали туда, где скрылись незваные гости. Аленика схватила Эмбера за руку и перенесла их ко входу в шахту: слух и теневое зрение подсказывали девушке, что там больше никого нет. Орки снаружи наверняка потратят уйму времени на то, чтобы отыскать померещившихся им нейверских разведчиков, а это значит, что пока путь по тоннелям свободен.
Внутри шахты было темно, серокожие не владели магией, а если у них и были лампы, работающие на магической энергии, то вряд ли нелюди готовы были потратить их на освещение коридоров, по которым вполне можно пройтись, держась о стены.
Эмбер пробирался в лагерь врага, держа ружье наготове. В кромешной тьме он еще не сражался, но был уверен, что вместе с нелюдью они справятся. Необыкновенные таланты идущей рядом Аленики были своего рода гарантией безопасности.
Сама девушка не испытывала и десятой доли его уверенности. Мысленно она проклинала ту минуту, когда согласилась ввязаться в это дело: если вдруг им навстречу выйдут орки с лампой, а сзади подойдут те, на кого они напоролись в самом начале, и у тех тоже окажется свет… помимо того, что им могут отрезать путь к бегству, было еще множество других опасностей, от которых темнота может не спасти.
Своды шахты выглядели ненадежно, деревянные подпоры погнулись от времени, некоторые из них треснули и повалились на землю. Под разбитыми остатками рельсов валялись осколки камней, обломки палок и комья земли. Отовсюду веяло разрухой, и одним богам известно, почему это место до сих пор не обвалилось.
– Ты бывал внутри шахт? – тихо просила Аленика, скользя теневым зрением по очертаниям сводов. – Есть идеи, как нам найти пленницу?