– Лесные повстанцы, свободное братство! Как можно не узнать!? – она указала на брошь в виде листа на своей груди.
– Я два года сидел в подвале, а до этого год жил на чердаках и в канавах, – Роберт пожал плечами. – Я немного отстал от жизни. Так что, вы теперь живете в лесах Нейвера?
– Ну, это пока что, – Эрни гордо улыбнулась. – Скоро орки раздавят ошметки «великой нейверской армии», мы объединимся и весь запад страны будет принадлежать нелюдям! Горы и поля близ них оркам, а нам леса и Крепость-на-Перекрестке. И на нашей земле все будут свободны, даже ланки!
– Ого… я и подумать не мог, что повстанцы смогут зайти так далеко! – Роберт искренне изумился и это не понравилось девушке-леннайю. Заметив это, ланк поспешил исправиться. – Знаешь, а я ведь лекарь. Очень хороший лекарь. Смогу помогать раненым.
– Раз так, Даглан точно позволит тебе остаться, – кивнула Эрни. – Ну что, ты готов? Пойдем тогда, чего время терять?
– В ночь?
– Эй, этот лес тысячи лет принадлежал лесным леннайям! Я найду дорогу даже с завязанными глазами: тут повсюду наши указатели.
Эрни уже тушила костер и закидывала в походный мешок сверток с едой. Роберт отметил, что с ним она так и не поделилась и про себя подумал, что не зря не любит яркоглазых – они все скряги, как Акива.
– Ваши указатели? – переспросил он. – Тут же одни деревья! Я бродил целые сутки и не видел ни одного.
– Ха! Леннайи ориентируются по деревьям и кустарникам, специально высаживают, как люди цветне столбы на дорогах, – самодовольно объяснила яркоглазая. – Магия земли, наложенная на семена, не позволяет растениям разрастись и запутать нас.
– Никогда бы не додумался!
– Вот то-то и оно, – кивнула Эрни. – Слушай, я никогда не встречала живого пленника, расскажи, как оно, в подвалах инквизиции?
– Ну, мало кто знает, но церковь Черных Куполов, храмы Клевора и орден Белых Сов это не одно и то же. Они даже немного враждуют. То есть, я хочу сказать, меня не пытали… из ордена Белых Сов пленники здоровыми не выходят.
– Да ну? А что же с тобой делали?
– Меня заставляли делать ужасные вещи. Но я не скажу тебе, какие.
Фраза «не скажу» зажгла в глазах нелюди свойственное расе любопытство, и она принялась выпытывать у змея все до последней подробности. К рассвету, когда в воздухе повеяла запахом первых утренних костров приближающегося лагеря, Эрни уже знала все, вплоть до того, чем Роберт все эти годы питался, какие бинты использовали для перевязки инквизиторов и какие ругательства у надзирателя змея по имени Мартин были любимыми.
Лагерь повстанцев, куда леннай привела Роберта, отчасти напоминал стан армии, отчасти поселение диких яркоглазых. Шатры на земле и закрытые круглые домики на деревьях, костры и священные деревья, обвязанные лентами и деревянными погремушками… для тех, кто действительно разбирался в культуре диких, это место выглядело весьма нелепо.
Сидящие у огня нелюди были одеты так же странно, как сама Эрни, но они выглядели дружелюбными и улыбались при виде соратницы, так что Роберт решил, что они ничего.
– Вот, привела нам новенького, – сказала яркоглазая одному из товарищей, вставшему от костра, чтобы поздороваться с ней. – Его зовут Роберт, он лекарь. Веду его к Даглану.
– Лекари нам нужны, – кивнул леннай, оценивающе осмотрев змея.
– Он бежал из плена церкви, – сообщила ему Эрни, надеясь впечатлить приятеля. Но ее друг оказался немного смышленее, чем она сама.
– Да ты что? И как же тебе это удалось? – он обратился к ланку.
– Один из монахов сбежал и взял меня с собой, я ушел от него в лесу, – ответил змей. Вопрос был задан таким тоном, будто подразумевался какой-то подвох, но Роберт не видел смысла врать.
– И зачем же он тебя взял?
– Долгая история.
– Ясно.
Леннай недобро прищурил изумрудные глаза, а затем повернулся к Эрни.
– Знаешь, ты правильно сделала, что привела его сюда, но дальше я сам. Идет?
– Хорошо, ты тут главный! – Эрни миролюбиво подняла ладони и улыбнулась. Видимо, этот леннай был ее командиром. – Я пока поем.
– Котел еще не остыл, – кивнул он.
Ухватив ланка за предплечье, нелюдь повел его в глубь лагеря. Шли они довольно долго, повстанцев оказалось намного больше, чем показалось сначала. Роберт пытался считать, взяв за правило, что у каждого костра сидят по пять-шесть ленайев, но очень быстро сбился. В конце концов он решил, что нелюдей несколько тысяч и на самом деле был не так далек от истины. Их было три тысячи шестьсот восемнадцать.
Даглан, предводитель этого бравого воинства, избранный, как Роберт узнал от Эрни, на большом совете всех повстанцев, жил в шатре, ничем не отличающемся от остальных. Див, – сопровождающий ланка леннай, – зашел туда без всяких препятствий и утянул змея за собой.
– Див, в чем дело? – их встретил приятный голос, твердый, но не навязчивый.
Роберт тут же нашел взглядом говорившего. Это был лесной леннай, он сидел на потрепанном узорчатом тюфяке в центре шатра, перед ним стоял завтрак.