– Полина, ты будешь чай? – неожиданно для нее спросил Андрей. Она сидела, вдумчиво разбираясь в формуле и понимая, в чем разбирается.
– Да, – почему-то ответила она.
Полина в этот момент совершенно не знала, хочет ли она чая. Скорее всего – нет, не хочет. Да и суть вопроса она начала понимать только тогда, когда взглянула на Андрея Александровича. Он был совершенно не настроен на работу. В то время как она сама была увлечена математикой и ничего, кроме продуктивного занятия сегодня не ожидала.
– Я сейчас приду, – удовлетворившись ее ответом, Андрей поспешил из комнаты.
Сегодня ему не хотелось ничего объяснять Полине, очень не хотелось вникать в примеры и задачи, которые он отлично знал. Ему хотелось пить чай с конфетами и вкусными мамиными пирогами с капустой и с клубникой. Непринужденного, ни к чему не обязывающего разговора, такого приятного времяпровождения, отдыха – давно ему уже хотелось. И сегодня, будучи рядом с Полиной, то есть самой подходящей компанией, Андрей после занятия, длившегося десять минут от силы, решил бросить математику и забыть о ее существовании на целый вечер.
Полина, оставшись одна в комнате, с недоумением посмотрела в окно, где теплый летний вечер вовсю резвился в бушуевском саду и, вдруг счастливо улыбнулась. Ей внезапно расхотелось даже смотреть на раскрытую тетрадь с наполовину исписанным листком, не то чтобы продолжить карпеть над примерами и вникать в смысл решения. Хотя только что со старанием и неким желанием, пропитанным энтузиазмом, она что-то считала… Нет!.. Математика на сегодня откладывалась.
Они пили чай, ели пироги и конфеты, смеялись и шутили, смотрели друг на друга весело и, иногда в их веселье мелькало что-то более глубокое и требующего отдельного внимания и, кажется, какой-то отдельной истории. Но они старательно пропускали мимо это странное чувство. А Полина еще и надеялась, что Андрей Александрович все-таки не замечал, когда она слишком расслаблялась за разговором и выдавала в выражении своего лица много больше, чем можно, приветливости и теплоты. Андрей же, ведя себя обычно для непринужденного разговора, всё же дольше, чем можно было бы, засматривался на Полину. Можно, в том смысле слова, что не чувствовав бы к Полине ничего, он лишь бросал бы на нее повседневные более или менее заинтересованные взгляды. Совсем как в самой обычной житейской беседе – чуть разговор становится интереснее, то и на собеседника невольно смотришь более заитересованнее и дольше, а нет, так и нескольких коротких взглядов, обозначающих что его слышат будет вполне достаточно. А здесь происходила более интересная история – человек был интересен. А произносимые слова, его голос служили только приманкой, говорящей «вот я… смотри на меня…» И Андрей смотрел. Полина ела пирог, улыбалась, а Андрей смотрел на нее. И было хорошо. Без всяких лишних дум и недопонимая ситуации. Лишь просто хорошо.
– Андрей Александрович! – наконец-то нашла его Полина у выхода из зала, – Андрей Александрович!.. – задыхаясь от волнения, подбежала к нему она, – можно пригласить Вас на танец?
И множество чувств своими самыми острыми уголками закололи ее. Пригласила – как же все-таки решилась? Стоит перед ним и уже наполнилась непонятным чистым счастьем. Счастьем, которое чувствовалось совершенно отдельно от счастья, принесенного выпускным вечером. «А вдруг откажет…» – кольнуло тихо-тихо, но достаточно больно. И краски медленно-медленно начали меркнуть. Широкая беззаботная улыбка, с которой она подлетела к Андрею Александровичу, превращалась в напряженное выжидание. И даже такое красивое изящное платье, которое ее тетя сшила для нее и, в котором она себя чувствовала настоящей принцессой, на секунды показалось ей самым обычным неинтересным нарядом. Обидная для тети мысль.
«Полина!..» – про себя сказал и сделал вид, что удивился Андрей. Он смотрел на девушку и для чего-то пытался удивляться. Хотя же на самом деле просто любовался Полиной – такой немного наивной, свежей и, кажется, идеально красивой.
– Пойдем, – протянул он ей руку.
Полина просияла. Теперь ее выпускной вечер можно было считать безоговорочно удавшимся. Взяв Андрея за руку, Полина вновь услышала окружающую обстановку, услышала, что уже заиграла музыка и, что нескончаемый шумный поток разговоров роем голосов заполонил зал. И нужно было танцевать. Танцевать прямо сейчас. Полина спешно протянула Андрею руку.
Не будь столько много знакомых людей вокруг, Полина бросилась бы к Андрею так же, как тем чудесным вечером. Тогда стоя у порога, Полина не смогла себя удержать и сделала то, что ей так хотелось сделать весь вечер. Она сделала короткий шаг вперед и обняла Андрея. И прижавшись к нему, почувствовала, насколько правильным и безрассудным был ее шаг, маленький шажочек. Андрей тогда растерялся, машинально в ответ обнял Полину. Ушли драгоценные секунды на то, чтобы по-настоящему, осознавая то, обнять Полину в ответ.
