— Ретт… — прошептал Артур, вжимаясь щекой в холодную плитку, а потом сполз по стене и, усевшись на дно кабины, обхватил колени руками. Тошнота накатила густой волной, только теперь уже он ненавидел не Ретта, а себя.
Нужно было подождать совсем немного. А что потом? Он сам был противен себе, значит, не стоило и рассчитывать на то, что Ретт его простит. Снова будет ярость и боль, и новые ссоры…
Артур помотал головой, отгоняя наваждение. Это не имело значения. Он не сомневался, что сможет убедить Ретта. Как всегда.
Ретт не мог оторвать взгляда от тонкой спины Артура между разведённых коленей другого мужчины. Подступающая к горлу тошнота боролась с неутолимой жаждой видеть — пусть так, но всё таки видеть того, кем он никогда не мог насытиться и кого лишился теперь.
Ему казалось, что он приказывает пальцам нажать отбой, но они почему-то не двигались, и Ретт по-прежнему смотрел как изгибается эта спина, принадлежавшая только ему, чтобы губы юноши могли приникнуть к паху мужчины.
Он не выдержал. Когда палец всё-таки шевельнулся и скользнул по экрану, его чуть не вырвало на самом деле. Ретт сидел, наклонившись и опершись локтями о колени и тяжело дышал.
Что-то нужно было делать. Что-то… Вычислить, откуда идёт сигнал — это пальцы могли сделать сами, и уже через полминуты на карте Европы мерцал красный кружок.
Рвануть туда — и что? Вырвать Артура из лап чудовища? Но Артура никто не держал. Он звонил, но зачем? Он не просил помощи. Только прощения. За то, что уже сделал — но не за то, что собирается сделать дальше.
Ретт с яростным рыком швырнул телефон в окно и увидел, как аппарат отскочил от бронированного стекла. Вскочил и, рванувшись к окну, ударил по нему кулаками.
Вся его жизнь сейчас была такой же как это стекло — он мог смотреть, но не разбить.
Кровь билась в висках, а грудь судорожно вздымалась.
И никто не мог помочь — ни Танака, ни Клаус, ни Артур, которого больше не было с ним.
Если человек не любит — как никогда не любила его Жози, — то вся борьба будет бесполезна. Только он почему-то упорно продолжал наступать на одни и те же грабли, даже зная, какой страшной может быть боль.
Ретт обхватил себя руками, до боли сжимая пальцы на локтях.
Подождать. Нужно просто подождать, и Танака принесёт ему Артура на блюдечке — но Боже, как же это невыносимо — ждать.
Ретт потянулся к телефону и набрал номер Сандберга. Потом передумал и, нажав на сброс, выбрал в меню строку с именем Мартина.
— Карлос? — ему самому было страшно слышать свой голос.
— Да, мистер Дуглас.
— Я вас разбудил?
— Я не спал.
Голос Мартина в самом деле звучал заметно бодрее, чем у поднятого среди ночи Танаки.
— Вы можете приехать?
Мартин помешкал секунду.
— Да, — в ответе сквозило удивление.
— Отлично. Нам нужно поговорить.
Мартин постучал в дверь через двадцать минут.
— Мистер Дуглас? — спросил он, заглядывая в кабинет.
— Да, — Ретт даже не поднял глаз от документов.
Мартина это не слишком удивило. Дуглас всегда вёл себя небрежно и если уж занимался чем-то, то оторвать его от дела было невозможно. Именно эта целеустремлённость и очаровывала. В президенте «Дуглас корп» волнами переливалась энергия, которой мало кому удавалось противостоять. И хотя Карлос обычно мало интересовался мужчинами старше себя, здесь он вынужден был признать, что такой жизненной силы не видел ни у кого из сверстников.
Карлос спокойно вошёл в кабинет и привычно опустился на диван. До последнего времени они с Дугласом общались достаточно часто, и ему уже стало казаться, что каменная стена начальник-подчинённый даёт трещину, когда что-то произошло — и все их связи оборвались напрочь. Так же, как и зимой.
И вот теперь Дуглас звонит ему посреди ночи, чтобы что? Этого Карлос понять пока не мог. Но сильно подозревал, что с шефа станется просто запросить комментарии к полугодовому отчёту. Неуважением к личному времени сотрудников шеф никогда не страдал.
— Дэвид Гарднер, — сообщил Дуглас таким голосом, как будто это должно было объяснить всё. И кое-что Мартин действительно понял.
— Вы всё ещё думаете, что это он виноват в наших зимних проблемах?
— Я в этом уверен, — Ретт захлопнул папку и вместе с ней переместился на диван напротив, — но это не важно. Тогда у вас были предложения о том, как мы можем дать ему отпор.
Карлос кивнул.
— Мы не слишком состоятельны как покупатели, но вполне можем отрезать ему кое-какую клиентуру с Земли. К тому же он нуждается в поставках «Mithril on Stars», а они пока ещё летают на наших кораблях. Но вы не хотели связываться с ними, я прав?
— Ситуация изменилась. Сколько времени потребуется, чтобы перекрыть ему кислород?
Мартин побарабанил пальцами по спинке дивана.
— Ну, смотря как и с кем говорить. Но должен вас предупредить — если мы поссоримся ещё и с «Mithril on Stars», то у нас останутся поставки сырья только с Эрхана.
— У нас есть ещё пара месяцев, чтобы перестроиться.
Карлос развёл руками.
— Как скажете. Когда вам нужен результат?
— К утру?
Карлос прокашлялся и почесал нос.
