Я подошла к зеркалу, ощущая, как сердце бьётся в такт с тиканьем часов на стене. Платье сидело на мне, словно униформа, — идеально, но лишённая индивидуальности.
Как униформа экономки."Миссис Синий Чулок" — пронеслось в голове, и я почувствовала, как губы кривятся в горькой улыбке.Когда-то я была другой. Я была той, кто вытаскивала его из долгов, словно спасала тонущий корабль. Сильной. Независимой. Необходимой. Но теперь... теперь я стала тенью самой себя.
Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. "Пора побороть гордость," — прошептала я, глядя на своё отражение, словно убеждая саму себя. Гордость? Да, это было то, что держало меня на плаву. Но сейчас она стала моим якорем, который тянул меня ко дну.
Пока во мне хватало решимости, как заряда в аккумуляторе, я решила выйти из комнаты и поговорить с хозяином. В голове уже сводились дебеты и кредиты. И мелькали строчки из резюме. Сильные и слабые стороны. Из сильных сторон я могла назвать правую. Она у меня сильнее, чем левая. Однозначно. Почему я покинула предыдущее место работы?
Я вышла из комнаты.
Нервный вихрь крутился в голове, а я пыталась собраться в кучку. Первыми это сделали глаза. Остальное собираться в кучку не хотело.
Это — моя последняя надежда.
Воздух вокруг казался густым и тяжелым, как будто он сам сопротивлялся моему движению. Я остановилась на мгновение, пытаясь унять дрожь в руках, и сделала глубокий вдох.Каждый шаг давался с трудом.— Где покои хозяина? — спросила я, стараясь говорить спокойно.Слуга, пожилой мужчина с седыми волосами и добрыми глазами, ответил с легкой улыбкой:— В конце коридора, миссис.
— Спасибо, — пробормотала я, чувствуя, как благодарность и страх смешиваются в моем сердце.
Я двинулась дальше, каждый шаг давался мне все труднее. Коридор казался бесконечным, и я не могла избавиться от ощущения, что стоит еще сделать несколько шагов, как решимость испарится.
Наконец, я добралась до конца коридора. Перед мной была массивная деревянная дверь, украшенная резьбой. Я постучала. Три раза. Четко. Глухо.
Я задержала дыхание, ожидая ответа.
Мне показалось, что мне ответили: “Войдите”. Я постояла с долю секунды и вошла.Я осторожно повернула ручку и толкнула дверь. Она открылась без скрипа, как будто приглашая меня внутрь. Я шагнула через порог и оказалась в полутемной комнате.
В комнате было темно. Бархатные шторы слегка приподнимались, подхваченные легким сквозняком. Я замерла на мгновение, прислушиваясь к тишине, которая, казалось, давила на меня со всех сторон.
— Господин генерал? — произнесла я тихо, стараясь не нарушить эту зловещую тишину.
Но ответом мне была лишь тишина. Лишь потрескивание дров в камине нарушало это гнетущее молчание. Я сделала несколько шагов вперед, стараясь не издавать ни звука.
Каждый мой шаг отдавался эхом в этой комнате, заставляя меня чувствовать себя еще более одинокой и уязвимой.
На стенах висели портреты в тяжелых золотых рамах, но их лица были обращены к окну, как будто они знали что-то, чего не знала я.
Мягкий свет от камина едва пробивался сквозь густой полумрак, создавая причудливые тени на стенах.
И в этом свете — я увидела его.
Генерал был без маски.
Без перчаток.
Его руки, обнажённые, лежали на подлокотниках кресла. Он сидел у камина, откинувшись в кресле, и смотрел в пламя.
Я замерла, не в силах пошевелиться.Моё сердце билось быстрее, а дыхание стало прерывистым. Я думала, что под маской скрывается уродство. Шрамы. Ожоги. Что-то, что заставляет людей отворачиваться и прятать глаза.
Но нет.
Он был красив.
Не так, как те, кто стремится выглядеть безупречно. По-другому.
Глубоко.
Живо.Сильно.Его черты были чёткими, но не жёсткими, словно высеченными из камня, но при этом сохраняющими мягкость.
Глаза казались тёмными, глубокими, как ночь, но в их бездне горел огонь, живой и неугасимый. Этот огонь притягивал и одновременно пугал, обещая тепло, но также и бурю. Волосы, тёмные и слегка растрёпанные, падали на лицо, придавая ему небрежную, но в то же время притягательную харизму.
А кожа…Кожа была идеальной.Ни единого шрама.И он был молод.
Моложе, чем я ожидала.Не старик, не изуродованный ранением военный, а мужчина в расцвете сил, полный энергии и жизни.
Его присутствие заполняло пространство, как будто он был центром вселенной, вокруг которого вращались все остальные.
Я почувствовала, как мои щёки вспыхнули от неловкости. Как будто я застала его в тот момент, который не предназначался для чужих глаз.
Как будто я увидела то, что должно было принадлежать только женщине, которую он любит. То, что должно было быть скрыто за завесой тайны, за стенами его души.Генерал обернулся на звук их неуверенных шагов.
В его глазах мелькнуло удивление. И тут же взгляд стал хмурым.
— Неужели дворецкий вас не предупредил, мисс, — произнес генерал, и его голос прозвучал низко, как глухой раскат грома в предрассветной тишине. — Что нельзя входить в комнату без приглашения?
