– Я воздержусь, пожалуй, – ответил я.
– Без этого ты отсюда не выйдешь!
– Потом, – отмахнулся я.
– Просто, понимаешь, если я тебе по голове вдруг стукну, случайно, разумеется, – заюлил Гоша, – тогда ты забудешь все, что видел. А мне этого не нужно.
– Как и мне не нужно бить по голове.
– Ой, да брось, неужели тебе подраться не хочется? – прищурился он.
Я почувствовал, что смена тактики была сделана неспроста. Но поддался. Гоша выглядел хорошим противником, но он же напарник, помощник! Вряд ли он будет бить со всей дури!
– Пожалуй, переоденусь, – отозвался я.
– Э, нет, – Гоша схватил меня за руку и подтолкнул к рингу, – залезай, как есть. Будут твои противники ждать, пока ты марафет наведешь.
Тоже верно, подумал я и протиснулся между канатами, забрался на ринг, обернулся к Гоше и встал в стойку, подняв руки повыше к подбородку.
– Так дело не пойдет! – воскликнул напарник, махом перескочив через верхний канат. – Ты что, думаешь, тебя ниже бить не будут? – он резко дернулся, выбросил вперед кулак, остановив его в сантиметре от меня.
Моя реакция была не такой быстрой, как я привык думать, к тому же одна рука автоматически ушла вниз, чтобы прикрыть живот. Причем, неправильная – осталась открытой сторона, с которой Гоше было удобно бить. Второй подход он сделал точно так же, как и первый – открытая ладонь замерла в сантиметре от щеки.
– А ты все не реагируешь, – проговорил он, и я сразу же сменил руки.
– Вот и молодец, – как-то странно ухмыльнулся он и в невероятной растяжке махнул ногой, целясь в голову.
Третий раз я ждать не стал и присел, опершись еще и на свободную руку. Гоша махнул сверху, я даже задрал голову, чтобы посмотреть. Но опорную руку он попросту вышиб из-под меня так, что я опрокинулся набок, едва не свернув шею.
– Ты чего творишь?! – закричал я, но Гоша вошел в раж и топнул ногой рядом с моим носом.
Шея ныла, только выхода не было – я перекатился на метр в сторону, ушибив еще и плечо и при этом. Но получил пинок в поясницу – не сильный, но ощутимый, добавивший мне еще одну болевую точку. Сразу же попробовал встать, но Гоша, как заправский футболист, ударил по локтю, заставив меня лечь, а потом наступил на тыльную сторону ладони.
– Попробуешь еще разок? – услышал я перед тем, как попытался высвободиться, дернув ладонью так, что чуть кожу не содрал.
Разворачиваться было неудобно, тем более что ныло уже все тело. Я попытался повторить то же движение, которым Гоша сложил мою руку, только чуть иначе: ухватился за обратную сторону его колена, сильно дернул к себе, но вместо этого лишь сам подтянулся ближе.
Гоша расхохотался, убрал ботинок с ладони, отступил на шаг назад.
– У вас же технологии, всякие крутые лечилки, – простонал я, безуспешно пытаясь подняться. – К чему это все?
– Драки? Тренировки? – спросил Гоша, присев рядом на корточки. – Знал бы ты, с какой гопотой приходится сталкиваться. Как нужно беречь эти самые технологии, чтобы они не попали не в те руки. Сколько сил было потрачено на то, чтобы их вернуть, убрать свидетелей и… разве ты не понимаешь? Читал я твои книжки. Фантазер, – он попробовал улыбнуться, но после драки он еще не пришел в себя, так что на лице у него отобразилась какая-то гримаса. – Нет, не пойми меня превратно, ничего дурного в них нет, как и хорошего. Но теперь-то ты понимаешь, насколько тяжело столкнуться с подготовленным противником?
– Понимаю, – просипел я, вернувшись в более-менее удачное положение и потрогал лицо, потом посмотрел на ладонь. – Никакие новшества не заменят драки, да?
– Никакие новшества не заменят хорошей драки! – выделив предпоследнее слово, ухмыльнулся Гоша. – Ладно, хватит безумствовать – разошелся я. Думал, что ты окажешься достойным соперником, но тебе еще учиться и учиться. Пошли, подлатаю слегка. Заодно поймешь, с чем мы тут работаем.
– Чтобы тебя старики не очень-то смущали, – сказал Гоша, достав из матового металлического шкафчика, висевшего на стене и не имевшего никаких опознавательных знаков, такой же тюбик с зеленым колпачком, – скажу тебе, что контактировать с ними часто тебе не придется. Я бы даже сказал, что большая часть контактов – это либо случайные встречи в том кафе, либо какие-то проблемы, которые надо решить именно тебе. Тогда будет звонок – ну, и дальше по алгоритму. Хотя, может, Ефимыч тебе чего поинтереснее предложит в следующий раз. Ну, мало ли, – он открутил крышку тюбика и дал мне: – натри, где болит, – после чего продолжил: – вдруг, ты и правда отличный пиарщик, сделаешь так, что проект, который они так долго создают, выстрелит на народной любви.
Тут он громко фыркнул, прошелся пятерней по волосам, всем своим видом показывая, что он в это не очень-то верит.
Тюбик я использовал – не слишком активно, так, по горошине мутноватой светлой мази на каждый ушиб и, как оказалось, ссадину. Эффект не мгновенный, но очень быстрый – боль ушла, правда, ссадина жутко чесалась.
– Те пластыри, которые тебе на нос лепила Алина, лучше, но мазь сама по себе дешевле.
– Вы еще на чем-то экономите? – удивился я.