– Едва ли, чтобы получить награду за голову моджахеда, – ответил я, глядя на сваленные в кучу карточки, банкноты и пропуска.
– Чтобы сравнить с базой лиц вражеских агентов, – покачал головой Виктор Иваныч. – Раньше про это знал почти каждый. Распознать врага надо уметь! Но ты все равно неправ. За агента вознаграждение было. Медаль. Грамота. И премия тоже бывала.
– Ничего не меняется, – пробормотал я.
– Да-да, – поддакнул Гоша. – Сплошное наемничество. Думаешь, эти лопухи сунулись бы сюда, вращайся они в тех же кругах? Нет. Иваныча у нас так просто не возьмешь!
Старик самодовольно усмехнулся. Его супруга в это время вернулась с кухни с графином, до краев заполненным водой.
– Ой да, пить охота! – мечтательно произнес Виктор Иваныч.
Его поведение не слишком-то укладывалось в модель, которая в данный момент была у меня в голове. Пусть и бывший полицейский, но… щелкнул тумблер, добавивший в его портфолио Афганистан. Стало чуть проще. Вот он, цинично-ироничный герой.
Я поблагодарил за воду:
– Еще один в кустах на углу дома лежит.
– Ты же проверил? Мертв? – с нажимом спросил Гоша.
– Пульса не было, – уверенно ответил я.
– Не хочется из дома лишний раз выходить.
– Кажется, вызывают! – хозяин дачи услышал звонкую вибрацию мобильника.
Иваныч отошел поговорить по телефону. Оказалось, что как только на нас напали, сработала охранная система. Сообщили, что выехали сразу же, но вот уже в десятый раз пытались дозвониться, чтобы уточнить, что случилось.
Стоит ли говорить, что второго «тахо» с бандюками мы так и не дождались. Приехали только бывшие коллеги Иваныча, да в таком количестве, как будто президента охраняли.
– Зря вы так, – укорял их старик. – Прикатили такой толпой! А вот если бы вам засаду устроили? Положили бы весь отдел, а толку от вас – ноль.
– Ну что ты, Иваныч, – ответил крепкого вида мужик с короткой стрижкой, скорее всего, занявший его место на работе, – мы тоже не пальцем деланные.
– Пока они болтают, нам пора, – шепнул Гоша.
– А это еще кто? – насупился коротко стриженный мужик.
– Гости, – Иваныч по-отечески положил руку ему на плечи и повел осматривать место стрельбы. – Не стоит, – и как будто рукой прижал того к земле.
А дело было лишь в том, что коротко стриженный мужик подал сигнал одному из своих подчиненных сделать несколько кадров. Подчиненный вздрогнул, увидев, как его шеф стал ниже на голову, вроде бы дернул рукой, чтобы воспользоваться камерой, но вместо этого повернулся к нам спиной.
– Хороший мужик, Иваныч, – заговорил Гоша, когда мы сели в его чудом не пострадавший автомобиль. – Э, гады, все равно сняли, – он опустил стекло и продемонстрировал фотографу средний палец.
– Хогоший, хогоший, – прогнусавил я.
– Кровь больше не течет, не реви, – усмехнулся Гоша и рванул прочь от дачи Иваныча.
Когда мы выехали на дорогу, открылся прекрасный вид на разрушенное панорамное окно, в котором торчал «тахо». Смотрелось внушительно.
– Лучше всего заниматься работой там, где тебя никто не достанет, – заговорил здоровяк, когда мы вошли в кофейню. – Потому что в дороге ты все равно не сможешь спокойно обдумать ситуацию, но пропустишь хвост.
– А за нами его не было? – с содроганием спросил я, осознав, что за весь путь от дачи Иваныча до кофейни ни разу не посмотрел в зеркало заднего вида.
– Не было, не переживай. Если ребята, которые стоят за сегодняшним нападением, действительно такие серьезные, они и так знают, где нас искать. Вадик! Машину! – приказал он.
Вадим, протиравший до сухого скрипа чашки, бросил свое дело и притащил к столу потрепанного вида ноутбук. Не столько потрепанного, сколько в целом древнего – толстый, угловатый, неуклюжий.
– И ты собигаешься за ним габотать?! – дернул бровью я.
– О, точно, – и все так же, действуя лишь кистью и пальцами, Гоша показал на мою переносицу.
– Ему можно? – вежливо уточнил Вадим.
– Ему нужно, пока он меня до колик не довел своим голосом, – Гоша открыл ноутбук и посмотрел на меня: – Не все, что выглядит старым, является старым, – заявил он. – Только это один из самых мощных и защищенных аппаратов.
– Защищенных – согласен, – я взял переданный Вадимом пластырь и коснулся им переносицы. – Ау!
– Сам не справишься? – насупился Гоша.
– Нет.
– Понабирают тут, – притворно злобно выдохнул он, взял у меня из руки. – Не тренированных, к боли не приученных! – и посередине слова Гоша размашисто прилепил пластырь мне на переносицу.
Тысячи иголок как будто замерли, слегка вжавшись под кожей, а потом исчезли. Все это заняло считанные секунды.
– А уж сморщился, как будто тебе дерьма под нос положили, – фыркнул Гоша.
– Что, опять по носу получил? – раздался грубоватый голос Алины, которая только-только вошла в кофейню.
– Любит бить им по чужим кулакам. Ладно, к делу, – глаза Гоши на миг поднялись на меня: – расслабься ты уже! Читаем про твоего странного типа. Очень похоже, что он – один из наших. Или работает на того, кто один из наших.
– Наших? – усомнился я, готовый чихнуть от внезапного щекотания в носу.
– Ну, как Ефимыч, – коротко пояснил Гоша. – Вроде, с тобой уже обсуждали это.