Нежная привязанность Уилла и Полли друг к другу напомнила ему о забытом долге. Ему захотелось вернуться в прошлое и сделать все лучше. Воспоминания о бабушке всегда шли ему на пользу, и мысль о том, что Полли вверила любимого брата его заботе, заставила его изо всех сил оправдать это доверие. Он под пыткой не сказал бы ничего этого вслух, но этот вечер сильно повлиял на него. Юноши не лишаются сердец и совести, когда поступают в колледж, и именно мелочи позволяют им сберечь и то и другое, в четырехлетней схватке, с которой начинается взрослая жизнь.
– Плохие новости, моя дорогая? – спросила мисс Миллс, передавшая Полли записку как-то за обедом, через несколько недель после появления Дженни.
Полли рассказала ей, в чем дело, и добавила:
– Наверное, надо пойти и помочь Фанни, но мне совсем не хочется. Девочки говорят о вещах, в которых я ничего не понимаю, а их сплетни мне не нравятся. Я там чужая, и меня терпят только из-за Фан, поэтому я сижу в углу и шью, пока они болтают и смеются.
– Не выйдет ли у тебя замолвить словечко за Дженни? Ей нужна работа, а у этих юных леди наверняка много потребностей. Дженни отличная рукодельница, и ей хочется самой зарабатывать себе на жизнь. Я не хочу, чтобы она чувствовала, будто живет здесь из милости, и ей бы пригодились хорошие заказы. Я могла бы спросить у своих друзей, но у меня совсем нет времени, пока я занимаюсь Мюллерами. Здесь они ведут нищинский образ жизни, но на Западе смогут пробиться. Я нашла денег им на дорогу, и как только смогу достать какую-нибудь одежду, они уедут. Людям нужно предлагать удочку, а не рыбу, – и мисс Миллс энергично защелкала огромными ножницами, выкраивая маленькую красную фланелевую рубашку.
– Вы совершенно правы, и я хочу помочь, но не знаю, с чего начать. – Грандиозность задачи давила на Полли.
– Мы не можем делать то, что нам хочется, но мы будем делать все, что в наших силах в каждом возможном случае, и это даст удивительные результаты. Начни с Дженни, моя дорогая. Расскажи этим девушкам о ней, и я уверена, что они будут рады помочь. По меньшей мере в половине случаев речь идет не о жестокости, а всего лишь о невежестве или беспечности богатых, которые совсем не думают о бедняках.
– По правде говоря, я боюсь, что надо мной посмеются, если я попытаюсь серьезно поговорить о таких вещах, – откровенно сказала Полли.
– Но ты же веришь в «такие вещи»? Ты искренне хочешь помогать и уважаешь тех, кто работает ради этой цели?
– Да.
– Но, моя дорогая, разве ты не можешь вынести немного насмешек ради благого дела? Только вчера ты говорила, что собираешься всю жизнь помогать женщинам всем, чем только сможешь. Мне приятно было это услышать, и я уверена, что ты сдержишь свое слово. Но, Полли, что же это за принципы, которые не позволяют тебе потерпеть насмешки, неодобрение и прохладное отношение?
– Я хочу быть сильной и помогать женщинам, но я не хочу, чтобы надо мной смеялись. А это обязательно случится, если я попробую заставить девочек задуматься о благотворительности всерьез. Меня называют старомодной, и это меня устраивает, а вот прослыть помешанной на женских правах мне не хочется. – В памяти Полли прекрасно сохранились все былые насмешки и пренебрежительные слова.
– Любовь и забота о тех, кто слабее или беднее нас, называется христианским милосердием. И это действительно очень старомодно, моя дорогая – это существует уже больше восемнадцати столетий. Только те, кто честно следует прекрасному примеру, поданному нам тогда, знают, что такое настоящее счастье. Я не помешана на правах женщин, – добавила мисс Миллс, с улыбкой глядя на серьезную Полли, – но я думаю, что женщины могут сделать друг для друга очень многое, если только перестанут бояться, что «люди подумают», и помогут своим сестрам наслаждаться тем, что даровал им Господь. Я искренне не понимаю, почему этого не происходит. Я не прошу тебя читать лекции и произносить проповеди перед ними, у тебя нет такого дара. Но мне бы очень хотелось, чтобы любая девушка и женщина порой приносила в жертву свое время или комфорт. Никто не сделает это за нас.
– Я постараюсь! – сказала Полли, которой больше хотелось хорошо выглядеть в глазах мисс Миллс, чем жертвовать собой ради представительниц своего пола.
