– Хорошо, только дай мне посмотреть письмо сначала. Вдруг ты выдашь слишком много.
– Обязательно, я же дала тебе слово. Но вдруг там все еще можно что-то исправить…
– Ты знаешь, что произойдет, если проговоришься. – Полли выглядела такой свирепой, что Фан стало страшно. Ведь даже горлица может впасть в ярость, если защищает свое гнездо.
– А что ты будешь делать, если эти домыслы про Марию – правда? – спросила Фанни после паузы.
– Переживу. Люди и не такое переживают. – Полли выглядела так, словно ей уже вынесли приговор.
– А если неправда?
– Тогда я буду ждать. – И лицо Полли озарилось таким светом, что Фан обняла ее, горячо желая, чтобы Мария Бейли никогда не рождалась.
Затем разговор перешел на возлюбленного номер два, и после длительного обсуждения Полли выразила твердую уверенность в том, что А. С. окончательно забыл П. М. и быстро найдет утешение в Ф. Ш. На этой радостной ноте совет был завершен.
Для обеих девушек эта зима совсем не походила на предыдущую. Фанни взялась за свои обязанности с удвоенным рвением, поскольку А. С. был известным домоседом и восхищался ее достижениями в домашнем хозяйстве. Если Фанни и хотела показать ему, каким уютным может сделать дом, то она преуспела в этом куда сильнее, чем подозревала. Многочисленные неудачи и разочарования оставались за кулисами, и маленький дом стал очень привлекательным местом для мистера Сидни – будучи другом семьи, он постоянно пытался показать, что изменение их положения в свете не имеет для него никакого значения.
Фанни боялась, что возвращение Полли может поставить под угрозу ее надежды, но Сидни встретил девушку как старый друг и очень скоро убедил ее, что она была права. Зарождающаяся привязанность легко покинула его, освободив место для теплой дружбы и для другой, более счастливой любви. А сама Полли и не думала испытывать на нем свои чары. Закончив дневную работу, она оставалась дома, читала, мечтала или шила.
«Фан во мне больше не нуждается, а Сидни до меня и вовсе нет дела, так зачем я буду навязываться», – говорила она сама себе, как будто оправдывая свою видимую лень.
Полли была совсем не похожа на себя в ту зиму, и близкие не могли этого не заметить. Уилл очень беспокоился из-за того, что сестра стала тихой, бледной и безжизненной, и отвлекал бедную Полли ласковыми глупостями, пока она вдруг не рассердилась и не отругала его. Поэтому он искал утешения в обществе Мод, которая, став подростком, напустила на себя важный вид и постоянно им командовала, немало его развлекая. Новости с Запада оставались смутными. На расспросы Фан Том воспевал «прекрасную мисс Бейли» и говорил, что охвачен безнадежной страстью, в таких полукомических, полутрагических выражениях, что девочки не могли решить, шутит ли он или скрывает ужасную для Полли правду.
– Мы все выясним, когда он вернется домой весной, – сказала Фанни, когда они в очередной раз сравнили письма братьев и пришли к выводу, что мужчины – самые бестолковые и противные существа на свете. Нед писал только о делах, никак не касаясь вопроса Бейли.
Голод любого рода – тяжелое испытание, особенно для человека со здоровым аппетитом. В течение полугода Полли доставалось так мало счастья, что она совсем исхудала и ослабела. Однажды, взглянув в зеркало на свои запавшие глаза и голубые вены на висках, она подумала, что весенние одуванчики могут расцвести уже на ее могиле. Однако она не собиралась умирать до приезда Тома. По мере приближения этого события она мучилась то от надежды, то от страха, и лихорадочное возбуждение вернуло румянец на ее щеки, лишив ее интересной бледности.
Наконец наступил май и вышло яркое солнце, согревшее даже измученное сердце Полли. Однажды в ее комнатку вбежала счастливая Фанни.
– Кое-кто помолвлен! – сказала она торжествующе.
Полли вскинула руку к лицу, словно ожидая удара.
– Нет-нет, дорогая! Это не Том, а я!
За бурей восторга последовал восхитительно длинный разговор, перемежаемый слезами и поцелуями, улыбками и вздохами.
– Полли, я так долго ждала и надеялась! До сих пор не могу поверить! Я его не достойна, но буду стремиться к этому! Если он любит меня, я чувствую, что все возможно! – Счастье впервые в жизни сделало лицо Фанни по-настоящему красивым.
– Какая ты счастливая, – вздохнула Полли, затем улыбнулась и добавила: – Ты это заслужила. Ты действительно старалась стать достойной и имеешь право собой гордиться.
– Он говорит, что именно это заставило его полюбить меня, – ответила Фанни, не называя своего возлюбленного по имени, – в прошлом году он во мне разочаровался, но ты так много хорошего обо мне говорила. Когда он потерял тебя и вернулся ко мне, то понял, что ты была права, и наблюдал за мной этой зимой, и каждый день учился уважать и любить меня. Полли, это так тяжело! Я все еще такая слабая и глупая.
– И вовсе нет. Ты станешь для него идеальной женой, потому что он – именно такой муж, какой тебе нужен.
– Тогда спасибо тебе за то, что ты не оставила его себе! – Фанни рассмеялась, как в детстве.
