— У нас простой выбор, Перси. Либо он улетает отсюда на скиммере, либо мы все трое проваливаем испытание. — сказала Надин. Перси знал что она права. Они и так уже были близки к Рынде. Еда почти кончилась, осталось два жалких батончика концентрата и горсть орехов, собранных Йолом на дневной стоянке. Шли они медленно, с трудом, местность была самая что ни на есть отвратная — постоянные овраги, коряги, местами болотина, грязи и жижа, приставали к ботинкам, превращая их в тяжеленные гири на ногах. А теперь еще и Йол со своей сломанной ногой. Никаких шансов. Все просто. Старина Йол останется тут, нажмет ПСС и за ним примчится скиммер. Они пойдут дальше и возможно когда-нибудь станут гордыми обладателями серебряных крылышек на петлицах. А Йол… Йол будет жертвой, принесенной для того, чтобы он, Перси Дорбан стал пилотом. Еще одной жертвой. Перси вспомнил лицо Стива в тот день, когда они поступали в академию. Я должен стать пилотом, подумал он, должен. Ради Стива? Или все таки ради себя? Нет, я не делаю это ради себя, ради себя я бы и десятой доли этого не выдержал, подумал он, я делаю это ради своих друзей. Ради Стива. Ради Надин. Ради Йола. Вдруг ему все стало ясно. Стало легко.
— Надин. — сказал Перси: — я останусь с ним.
— Что?
— Он не нажмет на ПСС. Я его знаю. А пока он не нажмет — я буду рядом. На всякий случай. Он слишком упрямый чтобы так сдаться.
— Что? Да ты понимаешь о чем ты говоришь вообще?! — зашипела на него Надин: — ему надо вызывать скиммер и в госпиталь! У него заражение крови пойдет, гангрена!
— Я не буду вызывать ему скиммер. — сказал Перси и встал, оглядываясь по сторонам: — пойду веток для костра насобираю. Холодно тут по ночам.
— Да ты больной, Дорбан! И ты и он — вы оба из академии вылетите! — сказала Надин: — но меня то зачем туда тащите?!
— Надин. — Перси остановился и выдохнул, взглянул на нее: — Надин, ты можешь идти одна. Никто обиды не будет держать. Иди.
— И пойду! Чокнутые два ублюдка! — Надин нервно закинула рюкзак на плечо, подхватила винтовку и зашагала на север. Перси посмотрел ей вслед. Он был спокоен. Ему надо было собрать веток и профильтровать воды — чтобы было попить, когда Йол очнется. Он насобирал хвороста, развел огонь, принес и разогрел воду в шлеме. Присел отдохнуть. Тут затрещали кусты и на поляну вышла Надин.
— Вот. — сказала она, протягивая шлем и не глядя Перси в глаза: — ягод насобирала.
— О. Спасибо. А я воды вскипятил. — сказал Перси, принимая шлем из ее рук. У него внезапно что-то защипало в глазах и он отвернулся.
— Это хорошо. Давай сварим морс. В этих ягодах глюкозы полно, поможет продержаться… сколько надо. — сказала Надин. Они замолчали.
— Ты не думай. — сказала Надин, начав давить ягоды в шлеме рукоятью штык-ножа: — я …
— Да я и не думаю. — сказал Перси торопливо. Они снова замолчали.
— Эй, вы. — раздался слабый голос Йола: — какого черта происходит?
— Надин ягоду нашла. — сказал Перси: — много. Целый котелок. Сейчас сварим.
— Ягоду? Нахрен ягоду. Я что, ногу сломал?
— Сломал. — подтвердил Перси: — вот мы тут и думаем.
— Рынду давить? — Йол помолчал, потом кивнул головой: — я сам не достану. Перси, дружище, достань мой ПСС и кинь мне.
— С ума сошел? — ахнула Надин: — ты же так хотел пилотом стать…
— Какой из меня пилот. — криво усмехнулся Йол: — я даже ходить путем не научился. И потом — не нажми я на ПСС — вы же тоже отсюда не уйдете, верно? Зачем уходить троим, если можно уйти одному?
— Значит так. — сказала Надин и нависла над Йолом: — чтобы я такого от тебя не слышала больше, ясно? Кто мне обещал что станет пилотом и поженится? А?
— Но..
— Если нажмешь на ПСС — в жизни тебя не прощу! Ты же шахтер, Джимми-бой.
— Обещаю — не нажму. Дашь мне свою фотку в голом виде? — прохрипел Йол, пытаясь улыбнуться.
— Конечно. — не моргнув глазом сказала Надин: — вот сразу после испытания и сфотографируюсь. Вся в грязи и тине.
