И вот мы на земле, всё успешно завершилось. Только что ты был под давлением очень большой нагрузки, о тяжести которой на фоне непрекращающейся работы даже и не думал. И вдруг всё одномоментно отступило и ушло в небытие, ты снова вышел победителем, хочется обнять весь мир, но…
Ты инструктор. Ты эти мальчишеские порывы сдерживаешь и профессионально делаешь вид, что ничего не было.
Говоришь:
– Ну да, всё получилось. Иначе и быть не могло. Спокойно и без нервов, только так!
Обсудили моменты захода. Я рассказал о том, какие способы может использовать Стажёр, если ему вдруг не повезёт оказаться в подобных условиях ещё раз. На что обратить внимание в повседневных полётах, чтобы повысить свою готовность к выполнению таких вот непростых заходов.
А душа моя поёт и радуется на остатках адреналина, без меры выплеснутого в кровь за эти два захода. Эх! До чего же замечательная у нас работа! Нескучная!
Очень ответственная – если уж ты взлетел, то будь добр, верни самолёт на землю!
Впереди второй тайм.
Взлёт в условиях неспокойной атмосферы отличается от посадки в оной примерно так же, как медленный вход в бурлящую горную реку отличается от ныряния в неё с разбега. Взлёт – это ныряние с разбега.
Есть, правда, и позитивное отличие: рамки на взлёте гораздо шире, а ещё тебя успокаивает знание того, что рано или поздно свистопляска закончится. Ты борешься со Стихией,
Мой заключительный взлёт в 2016 году доставил массу «приятных» ощущений сразу же после отрыва самолёта от земли. Пришлось прорываться сквозь бурные потоки воздуха, которые стремились резко разогнать приборную скорость (вдобавок к тому, что большая тяга и без этого её разгоняла будь здоров!), заставляя тянуть штурвал на себя всё больше и больше, будучи готовым к резкому падению скорости и отдаче штурвала от себя для парирования, что и произошло пару раз.
Болтанка тоже никуда не делась, «борьба за скорость» происходила на фоне бросков самолёта по всем направлениям.
И всё же это был взлёт, а не посадка. Пусть даже это был взлёт в Тивате, где взлетаешь в сторону высокой горы и надо отворачивать от неё на высоте сто пятьдесят метров, эмоции от взлёта не сравнить с посадкой! Мы быстро набрали высоту, прорвались через наиболее неприятные слои атмосферы, а дальше…
А дальше всё просто, привычно, обыденно.
То есть так же скучно, как и всегда.
Мы спокойно долетели до Москвы, где без каких-либо нюансов вернули самолёт на базу. Мой лётный год 2016 закончен на позитивной ноте – мы победили! – и я с поющей душой отправился в отпуск.
Мой Стажёр продолжил полёты с другими инструкторами и успешно прошел финальную проверку, после чего предстал перед суровыми взорами руководителей на заседании квалификационной комиссии, ответил на их каверзные вопросы, и на одного Капитана в мире стало больше!
Я позвонил ему, чтобы поздравить с успешным прохождением проверки. Разговорились, и состоялся вот такой вот диалог:
– Знаешь, Денис. Я разговаривал с другими парнями, многие сказали, что за весь ввод не было никаких особенных ситуаций, всё было спокойно, погода хорошая, никаких запасных, никаких уходов на второй круг…
– Что я могу сказать, Паша. Наверное, им просто не повезло!
Рассказ будет неполным, без упоминания того, что случилось несколько позже. Как можно назвать однообразными будни российского пилота, которому приходится не только со Стихией каким-то образом справляться, из раза в раз доставляя пассажиров в пункт Б, но и с «благодарными» пассажирами тоже…
Работа с пассажирами не всегда является светлой стороной нашей профессии. К сожалению, без тёмной стороны никак не обойтись. Это тоже часть работы авиакомпании – получать письма от пассажиров с просьбой «разобраться», и письма такие приходят часто. Сам я к подобным запросам отношусь с философским пониманием – ведь мы должны быть открытыми для клиентов, хотя не могу сказать, что получать подобные «вонючки» (так их называют начальники) приятно. Ведь мы-то знаем, сколько усилий и нервов оставили в полёте на то, чтобы данный пассажир имел возможность в спокойной обстановке, попивая кофеёк, отправить несколько строк в компанию с просьбой «разобраться и наказать».
Полёт в «зубастый» Тиват, состоявшийся в конце декабря 2016 года, получил продолжение через месяц в виде письма в авиакомпанию следующего содержания:
