Когда Иэн возвращается, я смотрю ему в лицо. Минуту-две он ничего не замечает. Затем спрашивает:
– Вы, кажется, обронили серьгу?
Золотая серьга из комнаты Тины лежит рядом с моим бокалом. У Иэна простодушный вид, прямой и ясный взгляд. Тон обычный. Либо он на удивление отъявленный лжец, либо он ни при чем.
– Должно быть. – Я убираю серьгу во внутренний карман сумки.
Телефон Иэна снова звонит. Теперь он на него не смотрит.
– Простите, нужно бежать. Пора домой.
– Все в порядке?
Он выдерживает мой взгляд и кивает:
– Роуз скоро ляжет спать, а в последнее время ей было так тяжело…
– Мне тоже нужно идти. – Я делаю вид, что быстро набираю что-то в телефоне, затем набрасываю ремни сумки на плечо.
Когда мы оказываемся у выхода на парковку, я останавливаюсь в дверях, заглядываю в телефон:
– «Убер» приедет через семь минут. Я подожду здесь.
– Не против, если я вас оставлю? – Иэн проводит рукой по волосам.
Я и без этого сигнала вижу, как он взволнован: у него все написано на лице.
– Конечно. До встречи!
Иэн уходит, сквозь большое стекло в двери я наблюдаю, как он садится в красный пикап. Как только он выезжает с парковки, я бегу и прыгаю в свой джип.
Иэн профессионально врет, в противном случае он не смог бы скрыть свою интрижку с Тиной от остальных взрослых в доме. Хочу проверить, насколько он честен со мной.
Я сворачиваю направо, вслед за Иэном. В такое вечернее время на улицах немного машин, а у пикапа Иэна характерные задние габаритные огни. Легко держать его в поле зрения, не приближаясь к нему.
Я следую за ним: он покидает округ Колумбия, въезжает в Мэриленд и едет на север по Ривер-роуд. Это дорога к особняку Баркли. Может, интуиция у меня отключилась, и вместо слежки за Иэном следует на самом деле заняться Роуз и выяснить, что там с ней творится перед сном.
Иэн ускоряется. Вместо того чтобы ехать по Ривер-роуд до самого Потомака, он сворачивает направо, на кольцевую трассу Белтуэй. Я нажимаю на газ и нагоняю Иэна, когда мы оказываемся на четырехполосной автомагистрали. Даже сейчас, в это время, на внутреннем кольце магистрали небольшая пробка.
Иэн меняет полосы, не подавая никаких сигналов, и превышает допустимую скорость на десять миль в час. Он сворачивает на трассу I-270 и берет курс на город Гейтерсберг. Маршрут пугающе знаком. Я ездила по этой дороге несколько дней назад.
Я понимаю, куда именно направляется Иэн, еще до того, как он поворачивает направо при красном сигнале светофора. Но все же не в силах в это поверить. Я могла предположить, что Иэн поедет в любое другое место, но точно не сюда.
К счастью, здесь, в торговом центре, есть продовольственный магазин и аптека, поэтому парковка не совсем пустая. Я паркуюсь за большим внедорожником и выключаю фары.
Эшли выходит из центра «ПРЫЖКИ!», одетая в сине-красную форму. Она запирает за собой дверь. Внутри комнаты для вечеринок темно. Видно, Эшли прибиралась. Смотрю, как она садится на переднее сиденье пикапа, так свободно и уверенно, словно делала это много раз.
Куда бы они ни направились, я поеду за ними. Однако пикап стоит на месте. Я не вижу, что происходит внутри, но менее чем через две минуты Эшли выпрыгивает из машины. Та срывается с места, взвизгнув шинами. У меня несколько секунд на принятие решения: следовать за Иэном или остаться с ней?
Выбираю Эшли: она с большей вероятностью ответит на мои вопросы. Я выхожу из джипа. Девушка шагает по парковке, бесшумно ступая кроссовками по асфальту, останавливается у синего «ниссана» с вмятиной на заднем крыле и открывает дверцу. Я окликаю Эшли. Она оборачивается и широко распахивает глаза.
– Привет. – Подхожу к ней. – Я надеялась застать вас.
Чувствую, она сбита с толку. Ей невдомек, что я видела их с Иэном, поэтому она напускает на себя невинный вид:
– Только вышла с работы. Все в порядке?
Я качаю головой:
– Эшли, прошу вас, не стоит… Я знаю, что вы написали Иэну Баркли и попросили его встретиться с вами здесь.
Я рискую, но риск оправдан. Иэн был взволнован из-за ее сообщений и прервал наш разговор, чтобы примчаться сюда. Во всяком случае, он не планировал эту встречу.
Эшли возмущена:
– Что он вам сказал? – Она вертит головой, осматривая парковку. – Вы вызвали полицию?
Странный вопрос. Стараюсь скрыть удивление. Если бы у Эшли и Иэна закрутился роман после смерти Тины – таким было мое первоначальное подозрение, – то весьма сомнительно, что она заикнулась бы о полиции. Между этими двумя происходит нечто иное.
– Еще нет. Даю вам возможность сначала все объяснить.
Эшли обхватывает себя руками:
– Ну ладно, ладно. Можем поговорить в моей машине?
Я делаю шаг к «ниссану», ощущая, как по телу пробегает дрожь. И дело не в том, что мне холодно. Я не доверяю Эшли. Я сейчас вообще никому не доверяю. И мне не нравится, что я начала подвергать сомнениям свои инстинкты. Я пила пиво, которым угостил меня Иэн, а сейчас собираюсь сесть в машину к практически незнакомой женщине, которая держит перцовый баллончик на брелоке.
