— Свет нельзя создать, Хан. Я подброшу вверх огненный шар, он повиснет в воздухе и будет светить. На двадцать ударов сердца его хватит. Три таких смогу сделать.
— Этого должно хватить. Не трать силы на другие заклинания.
Всё это время остальные молчали, ожидая моего решения. Отправить Егеря домой? Стемнело, и ему через такие закоулки идти. Придётся взять с собой.
— Хан!
Я оглянулся. Из ворот вышел Рыба, сопровождаемый фигурой в широком плаще.
— Она пойдёт с тобой. Удостоверится, так сказать. Не серчай, но по другому никак. Её зовут Ирга.
Мне оставалось только кивнуть головой.
Узкая улица, по которой мы шли, была пуста. Впереди Коготь с племянником, за ними я с Тощим и Лекарем, потом Полынь с Егерем и Иргой и в конце Брамин с Торгашём. Я бы и рад начать поиск днём, да слишком многое пришлось бы объяснять. Сейчас же вряд ли бы нашёлся хоть один смельчак, готовый потребовать от нас разъяснений. В какой-то момент оборотни остановились и стали оглядываться. Посовещавшись они свернули в ближайший проулок и пошли между заброшенными домами. Им что-то не нравилось, но они никак не могли понять что.
— Всем приготовиться! — я уже держал саблю в руке, — Полынь, свет!
Волшебница создала перед собой яркий огненный шар, посмотрела вверх и взвизгнула. Прямо над нами, на карнизе двухэтажного дома, сидел тот, кого мы так усердно искали. Продолжая визжать, Полынь швырнула сотворённый сгусток огня вверх и попала в атаковавшего нас с крыши дома оборотня. Свалившаяся прямо в середину нашего строя тварь больше всего была похожа на вставшую на дыбы степную ящерицу. В полтора человеческих роста и с пастью полной острых зубов. Два арбалетных болта пробили её шкуру, по моему, ещё до падения на землю. Брамин и Торгаш обрушили своё оружие на хвост оборотня. Я ударил саблей по лапе и к своему удивлению отсёк палец. Шкура мстителя была много крепче. Лекарь стал заходить за спину оборотня, Полынь отбежала в сторону, утащив за собой Иргу, Егерь торопливо натягивал тетиву арбалета. Рядом со мной появились Коготь с племянником с короткими широкими мечами в руках. И тут ящерка показала, на что она способна. Удар хвоста подсёк ноги Торгаша и он со всего размаху упал на спину. Брамин успел подпрыгнуть и избежал удара. Передней лапой с длинными когтями она отбросила Егеря в темноту и опустившись на все четыре лапы развернулась к нам открыв пасть. Какие вы все зубастые, мелькнула у меня мысль. Моя сабля и мечи оборотней ударили одновременно. Оборотень отшатнулась, выдирая у меня из рук саблю, застрявшую у неё между зубов. Мелькнул арбалетный болт, пробивший верхнее нёбо и застрявший в нём. Оборотень замотал головой, закрывая и открывая пасть, отвлёкшись от нас. Огненный шар ударил чудище в бок, прожигая шкуру до рёбер. И ещё один взлетел вверх, вновь осветив улицу. Брамин ударил по задней лапе, подрубая её. Лекарь сбоку, взяв меч двумя руками, рассёк плечо. Тварь повернула к нему голову и мой засапожный нож вошёл в глазницу оборотня по рукоять. Зверь дёрнулся всем телом и зашипел. Коготь с племянником скользнули к его шее со стороны выбитого глаза и вонзили туда свои мечи. Наш противник завалился на правый бок открыв своё серебристое брюхо. Болт Тощего вошёл точно под левую лапу.
— Стойте! — крикнул Коготь, — Нам ещё надо его спросить!
— Всем стоять! — скомандовал я, — Лекарь, осмотри раненых! Тощий, будь наготове! Брамин, стой там, если что, руби! Полынь, вы там обе целы?
— Да!
— Не приближайтесь!
Огненный шар стал медленно гаснуть.
— Хан, — крикнул мне Коготь, — в этом тупике нас никто не увидит, разожгите костёр!
Выпавший кусок старой деревянной ограды загорелся сразу. Спрятав огниво и выломав одну из горящих досок, я подошёл к оборотням. Они шипели и порыкивали, клацая зубами. Ощутив, что я ничем им помочь не смогу, я поискал саблю. Да что же это такое! Обломанный почти у рукояти клинок валялся на земле ненужной железкой. Нож так и торчал в глазнице ящерицы и вытаскивать его сейчас явно было не время.
— Лекарь! — я начал обходить лежащую тварь по широкой дуге, — Что у тебя?
— Торгашу здорово досталось!
— А Егерь как?
— Ещё не смотрел.
Что? А где же мальчишка? Я побежал, держа горящую доску перед собой. Егерь лежал у стены дома, не выпуская из рук сломанный арбалет. Я положил рядом с ним свой факел и застыл, не зная как сказать остальным.
— Хан, — появился у меня за спиной Лекарь, — дай я взгляну, — он остановился рядом со мной и как-то неловко упал на колени, словно ноги перестали его держать.
— Вы чего тут? — подбежали к нам Полынь с Иргой.
Я повернулся, заслоняя тело Егеря и положил им руки на плечи.
— Пойдёмте.
Полынь заплакала навзрыд как-то сразу и очень горько. Она уткнулась в лицом в мой доспех всхлипывая и что-то лепеча.
— Это её брат? — тихо спросила Ирга.
— Нет, просто один из нас. Все мы братья и сёстры.
— Хан, — донёсся до меня голос Торгаша, — я не могу встать, почему девочка плачет?
— Оборотень умер, — крикнул Коготь, — Хан, где ты?
— Полынь, — я погладил её по голове, — присмотри за Лекарем.
— А я присмотрю за ней, — пообещала Ирга.
