В квартиру уже откровенно трезвонили.
Ладно, нужно открыть.
Но подходя к двери, Фламингу вдруг обуял страх. Что, если это Стервец? Что, если он пришёл по её душу? Кожа покрылась мурашками, но журналистка переборола себя и посмотрела в глазок.
На лестничной клетке стоял красивый молодой человек в красно-зелёной форме и кепкой с надписью «Мир цветов». В правой руке он сжимал красивый букет, в левой – планшет с прицепленной сверху шариковой ручкой.
«Дура», – мысленно ругнулась на себя Фламинга, но всё же дверь открыла лишь на цепочке.
Молодой человек, увидев её лицо, улыбнулся и бодро продекламировал:
– Добрый вечер! Я курьер из службы доставки цветов «Мир цветов»! Мы дарим радость: с клумб – в ваше сердце! – Молодой человек бросил взгляд на планшет. – Вы Розовая Фламинга?
Фламинга не сдержала улыбки. Молодой человек был предельно мил и, казалось, излучал счастье.
– Да, но я не заказывала букетов…
– Ещё бы! Ведь его заказали вам! Секундочку… – Курьер заглянул в букет. – Здесь открыточка. «Моей любимой Фламинге с предварительным извинениями». А внутри я читать не буду, потому что это наверняка личное!
Фламинга смущённо улыбнулась, на душе у неё потеплело. Ну точно Форс со своим неловким флиртом! «Предварительные извинения» – кто ещё мог так сформулировать!
– Так это, вы… э-э-э…
– Ах да, простите. – Фламинга закрыла дверь, сняла цепочку и вновь открыла. – Входите.
Молодой человек улыбнулся ещё шире.
– Благодарю! – Сделал шаг через порог. – Не могли бы вы подписать здесь…
И, едва Фламинга протянула руки к планшету, молодой человек ткнул букетом ей в грудь. Она почувствовала острую боль и удивлённо выпучила глаза.
Молодой человек бросил планшет на пол и, закрыв свободной рукой дверь, сказал:
– Извините! Вообще это не я должен был вас убить. Мне давно уже следовало отдыхать, но знаете что? Фиг там! Потому что кое-кто не умеет держать язык за зубами! К этому моменту я должен был убить лишь двоих. Двоих! А знаете, скольких пришлось? Ой, нет, не падайте…
Убийца подхватил бедную женщину за талию. Их лица оказались почти вплотную. Угасающему сознанию Фламинги ещё удавалось выхватывать образ убийцы, хотя в глазах уже потемнело.
А тот продолжал тараторить:
– Так вот, я шестерых прикончил, считая вас! Нет, ну вы представьте, пожалуйста! В три раза больше трупов! Чем требовалось! А самое обидное что? Никто, блин, не знает, кто убийца! Даже Корд до сих пор не допетрил! Я уже и так знаки подавал, и эдак – а ему по барабану! И теперь он не сможет меня поймать.
Фламинга издала последний хрип, её глаза закатились. Убийца разочарованно вздохнул.
– Блин, вы уже умерли. Досадно.
Убийца аккуратно положил женщину на пол коридора и поднял планшет.
– Ещё все думают, что Фамильяр – Стервец. Ха! Даже я не Стервец, что уж говорить об этом олухе! – Молодой человек оценивающе посмотрел на распростёртое тело Фламинги. – Если хотите знать, ваша смерть меня печалит больше остальных. Она должна была стать несчастным случаем, а получилось вот так. Обидно. Ещё раз прошу у вас прощения.
В последний раз оглядев тело женщины с торчащим из груди букетом, убийца удовлетворённо хмыкнул и вышел из квартиры.
1
Два часа как Фламинга должна быть на работе, а её нет.
Редактор нервничала. Она единственная в редакции знала тайну Фламинги и понимала, уж что-что, а за работу бывшая заключенная держится крепким хватом. Странно, почему она сегодня отсутствует.
Но одна мысль мелькала в голове редактора: её нет
Фламинга настаивала на публикации последней статьи без существенных правок. У них даже разразился небольшой спор насчёт концовки.
– Куда это годится, – ворчала редактор. – Что за дешёвый и неуместный пафос!
– Всё должно остаться так, – стояла на своём журналистка.
Ладно, пусть. Редактор сдалась и оставила всё как есть, но сейчас не могла отделаться от мысли: что, если Фламинга оказалась права и статья действительно поставила её под удар?
Редактор вновь посмотрела на табло электронных часов, стоявших у неё на столе. 11:03.
Два часа три минуты как Фламинга не давала о себе знать.
Весь день прошёл на нервах, и чем ближе к вечеру – тем больше нагнетала себя редактор. Потому она решила после работы съездить к Фламинге и всё разузнать.
Под конец рабочего дня, приняв все имевшиеся у неё успокоительные, она вызвала по телефону такси и отправилась на адрес журналистки. Во время поездки она так вцепилась в своею сумку, чтобы унять дрожь в руках, что даже таксист поинтересовался, всё ли с ней в порядке.
Всё.
Не всё.
Фламинга жила на седьмом этаже девятиэтажной малосемейки. Повезло, что лифт работал, иначе редактор бы просто не дошла.
Перед тем как позвонить в дверь, она на миг замерла. Вдохнув поглубже, нажала на кнопку. За дверью послышалась трель. Но никто не открыл.
Редактор нажала на звонок ещё раз. И ещё. И ещё. Без толку.
Она принялась стучать в дверь.
– Фламинга! Это я, открой, пожалуйста!
