Он сварил кофе, и они принялись «работать». Корд рассказал ему о поиске свидетелей, возможно видевших курьера, Форс представил свою версию действий Фламинги и его участии в них. На самом деле, выходило довольно гладко. Может, журналистка действительно была Стервецом?
– Я думаю, она пользовалась услугами наёмных бандитов, – предположил Форс. – Не обязательно даже профессиональных убийц – они дорогие, а ты видел, в каких условиях она жила. Но нанять обычных головорезов зарплаты бы хватило. А убийства слишком сложными не выглядят, если специально не усложнять их при интерпретации.
– То есть ты не считаешь, что убийца пытался создать видимость непрофессионализма? Например, как с резнёй в больнице?
Форс помотал головой.
– Я всё же думаю, это случай. Резня не планировалась, только убийство дальнобойщика. Остальное было импровизацией, и, как мне кажется, довольно нелепой.
Корд кивнул. Внезапно на поясе у него запищало. Следователь вытащил из чехла пейджер и улыбнулся:
– Блин, совсем забыл, я ж сегодня ненадолго. Диа ждёт. – Корд показал экран Форсу. «УЖИН ПОЧТИ НА СТОЛЕ».
Форс улыбнулся.
– Что приготовила?
– Курицу в пиве. Знаешь, откупориваешь бутылку, садишь на неё птицу и пихаешь в духовку. Надеешься, что бутылка не лопнет, – усмехнулся Корд. – Хочешь к нам?
– Я бы с удовольствием, но надо бы сегодня закончить. – Форс кивнул на кипу папок, которые принёс Корд.
– Ну как хочешь. Такую вкуснятину и сам сожру. Хотя могу ножку с бедром отчекрыжить и завтра принести. Диа все равно только белое мясо ест.
– О! Благодарю!
Форс проводил Корда и подумал: «Кажется, пронесло. Чуть не облажался». Затем возникла типично форсовская мысль: «Надо бы чашки помыть».
А когда в дверь снова позвонили, в голове промелькнуло: «Корд что-то забыл?»
Форс открыл дверь и, нахмурившись, посмотрел на незнакомца. Затем почувствовал резкую боль от удара в лицо – и канул во тьму.
5
Форс дернулся от резкого запаха нашатыря и разлепил глаза. Помогло мало: они сильно слезились. Он попытался вытереть их правой рукой, но та лишь едва двинулась с места. Он дёрнул ей ещё раз. Привязан. Но напугало его не столько это, сколько то, насколько слаба рука оказалась. Он едва её чувствовал.
Форс вздохнул и попытался проморгаться.
– Как думаешь, он не ослеп? – обеспокоенно спросил бас. – Ты литру в него влил, а это немало.
– Да хрен знает… – ответил знакомый голос.
Форс вновь вздохнул. Что ж, он был прав.
Что-то влажное и мягкое скользнуло по его лицу.
– Теперь попробуй, – скомандовал знакомый голос.
Форс открыл глаза и обнаружил себя в крохотном слабоосвещенном помещении. Справа от него лежала гора проросшей и подгнившей картошки – некоторые любят нарастить себе столько, что потом не знают, куда девать. Слева располагался стеллаж с консервацией, а чуть дальше, у самой двери, стоял громадный мужчина, сжимавший в ручищах склянку и большой кусок ваты. А перед ним находился Корд, сжимавший в руках красное от крови полотенце.
– Ух… Что со мной? – прогнусавил Форс.
– Морт перестарался, – ответил Корд. – Нос тебе сломал.
– Где мы?
– В овощехранилище.
– Перед глазами плывёт…
– Я влил в тебя бутылку водки. Вроде столько тебе нужно для опьянения?
Форс кивнул.
– Но не сразу… Тошнит. Есть вода?
Громила протянул Корду бутылку, тот поднёс её к губам Форса.
– Блевану…
Корд тут же подставил другу пустое алюминиевое ведро.
– Ещё воды…
Снова. И снова ведро.
– Всё… – пробормотал Форс.
– Морт, можешь вынести? И постой на стрёме, пожалуйста.
– Ага, сейчас.
Громила вышел. Корд внимательно посмотрел на друга.
– Мда, видок у тебя так себе.
Лицо Форса было измазано красным – стараниями Корда, который пытался стереть с щёк и губ друга тёкшую из носа кровь.
Форс попытался улыбнуться.
– Краше в гроб кладут?
– И не говори.
Нос Форса был сворочен налево.
– Исправим? – предложил Корд.
Форс кивнул и почувствовал, как руки Корда в латексных перчатках хватают его за нос и резким, но точным движением вправляют его. Форс охнул от боли.
– Лучше? – поинтересовался Корд.
– Ага.
– Поговорим?
– Я думал, ты сразу меня убьёшь.
– Если б хотел, убил бы ещё в январе, когда понял, что ты меня раскрыл.
– Что меня выдало?
– Когда ты поехал на дачу вечером и без меня. Если б ты перенёс поездку на утро, хрен бы я догадался, потому что она выглядела бы обыденной. А так… Я заподозрил, что ты что-то нарыл. И ты, дурак, обмолвился, что это связано с дверным косяком.
– Тогда я тебя ещё не подозревал. Просто мне показалось странным, что раны на КПП и в доме нанесены под разными углами, и я решил проверить.
– А где облажался я?
– Не где, а когда. Двенадцать лет назад, когда вступился за меня и устроил драку. Я обратил внимание, что ты дрался как-то необычно, а ты потом объяснил, что амбидекстр.
– Вот блин, – усмехнулся Корд. – А ведь и правда, во время драки с Фамильяром я сначала ударил слева, потом стал бить справа, и в коридоре вновь перекинул топор в левую руку.
– Так ты смог ударить влёт, – кивнул Форс.
– Именно. Хотя действовал я на инстинктах, как и в любой драке. Но почему ты меня не сдал?
