– Друзья! Ещё полгода назад я и представить себе не мог, что когда-нибудь окажусь в подобной ситуации. На собственной свадьбе. Окружённый друзьями. С любимой женщиной. Всегда думал, что у меня другая судьба – никому не нужный волк-одиночка. Принято считать, что это сильный зверь, способный справиться со всем самостоятельно, и стая ему не нужна. Но это не так. Слабый, раненый или больной – вот кто обычно изгоняется из стаи. Вот кто такой волк-одиночка. И с недавнего времени я чувствую, что перестал им быть. Благодаря вам.
Друзья зааплодировали. Расчувствовавшаяся Небо смахнула слезинку.
– И поэтому сегодня я хочу сделать одно признание. Наверное, мне следовало сказать об этом раньше, но… – Корд тяжело вздохнул. – Это моя самая большая тайна. И… почти никто о не знает. Но я считаю, что пришла пора мне раскрыться. И в первую очередь это касается моей любимой жены. Диа, дорогая, ты должна знать… – Диа не сводила взгляда с серьёзного лица своего мужа. – Как бы помягче… – Корд неожиданно подмигнул. – Твой муж – позёр.
И его правая рука заскользила по третьей октаве в ритме джаза. Через миг мелодию подхватила левая.
Послышался изумлённый вздох Неба и удивлённые возгласы мужчин, а затем – громогласный хохот Морта.
– Ах ты гад такой! – воскликнула ошарашенная Диа. – Ну, я тебе!.. – И немедленно подхватила импровизацию своего мужа.
Самой большой тайной Корда было то, что в семнадцать лет он с отличием окончил детскую школу искусств по классу фортепиано.
1
20 декабря 1993 года Форс запомнит на всю жизнь. О поступке, совершённом им сегодня, он будет сожалеть до конца своих дней.
Месяц назад он узнал истинную личность своей женщины. Узнал о её прошлом. И это повергло его в трудные размышления, продлившиеся почти месяц. Ему требовалось найти в себе силы решить, как правильно поступить.
Потому что – и это понимание расстраивало сильнее всего – Фламинга запросто могла оказаться Стервецом.
Форс тщательно скрывал тяготившие его мысли от окружающих. Работал с Кордом как обычно, предсказуемо отреагировал на лишение премии унылым вздохом, добросовестно выполнял всю свою работу – никто не смог бы догадаться, что с ним что-то не так. Но по возвращении домой Форс из раза в раз перечитывал собранные им материалы. Газетные вырезки девятилетней давности, тексты Фламинги с момента её работы в журнале «Женские секреты». Он искал намёки, зацепки, детали – и находил их. Стал осмысливать свою роль в игре, которую предположительно затеяла его женщина, – и понял, что для неё он был гарантом безопасности. Как там говорят, держи друзей близко, а врагов ещё ближе? Он, дурак, повёлся. Любовь, блин. Тьфу!
Но несмотря на все факты, решиться действовать ему было тяжело. Он не нашёл в себе смелости выложить всё Шефу и Корду, признаться в том, что он делал, потому что в этом случае лишился бы работы. Но хотя бы расстаться с Фламингой… Так поступить необходимо.
И вот, 20 декабря 1993 года, стоя под дверью Фламинги, он пытался собраться с силами и заново мысленно прогонял всё, что он репетировал.
Приветствие. С места в карьер. Аргументация. Прощай.
Форс чувствовал, что облажается. Потому что он, ну… такой. Всегда лажает. В этом, наверное, его природа – лажать.
Он нажал на кнопку звонка. Будь что будет.
Они с Форсом не встречались уже почти две недели. Работа, мол, конец года, извини. Как только, так сразу. Фламинга прекрасно его понимала: сама носилась, как в жопу ужаленная, с новогодним номером. Но они, к счастью, созванивались и держали друг друга в курсе их дел.
Совершенно неожиданно Фламинга привязалась к этому нелепому толстяку.
В этот вечер она решила себя побаловать. Купила пива, солёного арахиса, взяла в прокате два мелодраматических фильма и предвкушала любовные терзания очередных несчастных героев. Но стоило вступительным титрам закончиться, в дверь зазвонили.
Кого там принесло на ночь глядя?
Фламинга открыла дверь и увидела на пороге мнущегося Форса. Он не предупредил о своём приходе, это так на него не похоже…
Проглотив ком в горле, Форс сказал:
– Фламинга, я всё знаю.
Даже не поздоровался.
Фламинга недоумённо поморщилась.
– Что знаешь? И привет вообще-то.
– О твоём прошлом.
Мысли заметались в голове Фламинги. Неужели он…
– Нам нужно расстаться.
– Что… Погоди, о чём ты?
– Ты создала Стервеца, чтобы отомстить Корду за то, что он сделал с тобой. Вернее, что с собой сделала ты сама.
Твою мать, о чём она думала? О том, что, встречаясь со следователем, сможет скрыть своё прошлое? БЛЯДЬ!
– Что ты несёшь? Я ничего не делала!
– Разве? А издёвки над следствием в своих статьях? А я? Разве ты познакомилась со мной не для того, чтобы насолить Корду?
Сердце бешено стучало. Возможно, стоит выдать немного правды? Но тон свой Фламинга изменить не смогла.
