– Мы схватили его, – рассказывал старший из группы крестьян, отправившихся на убийство. – И Вианор спрашивает: «А что же ты, стрелец из войска, который воевал, дружишь с тем, кто прикреплен к разбойному приказу, и пьешь с ним вино и пиво? А?» Вот так и спрашивает. – Исходя из смысла повествования, Вианор был одним из отряда. – А вот и говорит: «А почему не брезгуешь, не сторонишься? Приятно видеть, как людей на плаху тащат и четвертуют? Самых живеньких и резвых? Разбойников? Приятно казни видеть, да? А может, ты жидовствующий? У тебя закон вместо благодати? И твоя вера в законах?» А он в ответ как начал поносить и обзывать еретиком. А Вианор опять: «Ну, пограбить и поубивать при разбое – это весело и приятно, в этом жизнь, веселье. А ты понимаешь, чем казни от этого отличаются?» Тот опять начал поносить. А Вианор снова спрашивает: «Законы вместо благодати? Жидовствующий?» Ну и выяснилось, что у него дед – лютеранин. – Имелся в виду дед стрельца, бывшего свидетелем убийства. – Дед – лютеранин. А остальные, похоже, изображают из себя православных и крестились, как православные, а в головах лютеранство. И у него, и у его отца, и у детей. Вот так. И вот он рванулся, вырвался и от нас побежал. А поймали мы его прямо в деревне. Бежим за ним, слышим, что кто-то его окликнул. А тот, кто окликнул, стоял за домами, не видно было, что там. Ну, мы побежали обратно. Забрали в лесу лошадей и приехали.
– Деревню, где он живет, хорошо рассмотрели? – спросил Мирослав.
– Очень хорошо, – ответил один из тех, кто пытался убить свидетеля. Мы лошадей оставили в лесу рядом. И – пешком к деревне. Там тропинка есть вдоль овражка. Овражек – крошечный, узенький. А дальше – кусты, можно спрятаться за ними и оглядывать. Спрятался только один из нас, Серафион. – Крестьянин указал на крепкого товарища, чуть выше среднего роста, стоящего рядом. Его мышцы были более-менее крупными. У него были карие глаза и светло-коричневые волосы, жидковатая борода спускалась примерно до середины груди.– Он спрятался и обратно пошел. – Мирослав слушал описание местности, выделяя его среди сообщений о перемещениях крестьян, отправившихся на убийство. Можно было уточнить, кто куда пошел. Но Мирослав этого делать не стал, а слушал, узнавая, как там выглядит местность. – Мы за кустами стояли, и оттуда просматривается хорошо северная сторона деревни, какие улицы там есть. Вот так. Мы постояли и пошли. Еще хорошо просматривается, если по краю деревни кто-то пойдет. Ну, наверное, так.
Отряд, прибывший на поиски Стержевой, оставил Лилиану за старшую в лагере. Остальные отправились убивать свидетеля, которого не смогли уничтожить крестьяне. Через два дня они прибыли на место. Подождали до утра.
Сейчас надо было оглядеть поселок и узнать, где живет враг. Местонахождение избы было известно. Вопрос – там ли он? После покушения он мог уехать. Вместе с ним жили сын с женой и трое внуков. Их присутствие может указывать на то, что и он не сбежал. Если родственники на месте – можно продолжать наблюдение и ждать, когда появится сам стрелец. Потом – очень хорошо ворваться в избу и убить всех. И стрельца, и родственников. Хороший вариант – тихо подпереть дверь и поджечь избу, если это получится сделать. Здесь, похоже, по ночам все спят. Те, кто будет находиться внутри, могут не проснуться до того, как разгорится пожар. И есть вероятность, что их не успеют вызволить, если они будут звать на помощь. Покушение произошло совсем недавно. При этом, вероятно, в этих местах не найдется желающих связываться с теми, кто вырезал стрельцов из придорожных домов. И если стрелец с родственниками сгорят, их будут считать жертвой пожара. При этом поджогом пожар считаться не будет. Мирослав разъяснил товарищам о перспективах поджога, они согласились, что это будет очень хорошо. Сейчас надо понаблюдать за нужным домом.
В деревне на улице утром появилось достаточно много жителей. Наблюдение вблизи, чтобы хорошо рассмотреть нужный дом, организовать нельзя. Мирослав и Тобиас пошли посмотреть.
Овражек, о котором говорили в лагере, начинался недалеко от опушки. Он шел к кустам и дальше, прямо к одной из улиц. К кустам подойти было нельзя. Обошли деревню с другой стороны. Издалека заметили двоих жителей, которые, наверное, пошли за дровами. Углубились в лес, чтобы не встретиться с ними, потом зашли с юга. Тут лес от домов тоже отделяли большие поляны, и опять были видны жители. Вернулись к своим. Винсент и Рауль отправились посмотреть на дорогу, которая выходила из деревни и шла восток, к той дороге, которая соединяла Москву и Ярославль. Вернулись. Сказали, что видели двоих. Один – побольше, светловолосый, другой похож по описанию на свидетеля убийства. Такой же кареглазый, с каштановыми волосами, борода такая же. Рост такой же. Но явно крестьянин, а не стрелец.
Похоже, тут было ничего не сделать. Время шло. Власти были подкуплены. Враги в придорожных домах – убиты. Тем не менее лучше было избавиться от свидетеля.
Отряд вернулся в лагерь. Там Лилиана объясняла, как правильно строить землянки.